Могндоэфрийская ваза

Тлемлелх по случайности перешел им дорогу: ему принадлежал завод, который бандиты втайне использовали для своих нужд, и он узнал лишнее, из-за этого его попытались довести до самоубийства, но тут как раз Галактика установила контакт с Лярном, местную мафию разгромили, и он смог эмигрировать на Нез. Подробностей Шени не знала, но то, что Тлемлелх за все время ни разу не слетал домой, говорило о многом. Хотя мог бы и побывать там, и насовсем вернуться, однако вместо этого предпочитал безвылазно жить на Незе, в ущерб здоровью.

Он говорил, что ему только здесь хорошо.

Посетить Ресонгоэфру – планету с подходящими для жителей Лярна условиями, которую предоставила им для колонизации Галактическая Ассамблея, он тоже не захотел.

Не то чтобы Галактическая Ассамблея разбрасывалась пригодными для жизни планетами, но Лярн официально был признан миром, терпящим бедствие. Кроме трех относительно антропоморфных рас – энбоно, негов и чливьясов – там есть еще один обитатель: разумный студнеобразный океан, занимающий почти восемьдесят процентов территории Лярна.

Его называют Фласс – «Всепожирающий», в переводе с одного из древних языков. Он усваивает любую органику и со всех сторон окружает единственный материк, похожий на бублик с Внутренним морем посередине. Появился он в результате давней экологической катастрофы и продолжает расти, медленно наступая на сушу, так что рано или поздно всем энбоно, чливьясам и негам придется переселиться на Ресонгоэфру. Проблема в том, что Фласс никак не желает признавать полноценно разумными своих соседей по планете, хотя кое-кому из представителей других рас удалось наладить с ним диалог.

Избегая напоминаний о прошлом Тлемлелха, Шени принялась расспрашивать о декоративном стекле – и оказалось, что это самый верный путь к нужной информации. Многослойное могндоэфрийское стекло бьется по-разному и в зависимости от этого разделяется на четыре типа: «тайный визит луны», «пляска отражений», «слезы вероломщика» и «след водяной венглы».

– Может быть, «слезы предателя» или «слезы обманщика»? – уточнила Шени.

Переводчиком она не пользовалась, собеседник и так ее понимал – другое дело, что его голосовой аппарат не мог воспроизвести человеческую речь.

– Ни то, ни другое, это «слезы вероломщика», – произнес вслед за Тлемлелхом приколотый к вороту его туники миниатюрный хрустальный цветок.