Чешуя

Если подумать, то мамка точно была беременна во время поездки.

— Ага. В Турцию.

— Турция... — повторила Кобра.

— Отлично! Подходит! — послышался радостный голос Аспида.

А потом он добавил:

— Ой, то есть не отлично, конечно... ну, я просто так сказал...

Кобра кашлянула и засыпала Ужика вопросами о состоянии сестёр. Потом спросила, можно ли глянуть на результаты их анализов за все десять лет и задать им пару вопросов о самочувствии и ощущениях.

— Понимаешь, — сказала она, — если мы точно установим, что это, мы сможем изгнать эту тварь!

— Но ведь в больницах есть видящие.

.. — возразил Ужик, очень боясь поверить. — Почему никто не заметил?

— Да потому что не видно этих тварей, я же говорю! Тем более если девчонки заразились от матери ещё эмбрионами — это вообще очень редкий случай!

— Но мамка-то здорова!

— А когда беременная была, как она себя чувствовала?

Ужик вспомнил, что последние три месяца до родов мама действительно чувствовала себя плохо, но и она сама, и все остальные полагали, что это объясняется естественными причинами.

— Вот, её организм боролся с тварью и победил, а эмбрионы защититься не смогли. Я думаю, это суру — турецкое существо типа “паразит”. Живёт в воде и может вызывать одышку и состояние, схожее с отравлением. Но здоровый организм его в итоге исторгает. Настоящую угрозу он представляет для новорождённых в первые два месяца жизни и для беременных. Для младенцев местные обряд специальный проводят.

— Надо ещё проверить! — встрял Аспид.

— У нас тут есть знаки на опознание суру.

Если это оно, то я знаю, какой ритуал может помочь! Ну, если нет, то будем дальше искать. Давай я тебе фотку знака пришлю, а ты девчонок проверишь?

— Хорошо! Я перезвоню потом.

Сердце замерло, а потом заколотилось часто-часто. Неужели Оле и Але всё-таки можно помочь? И родителям — Ужик не дурак, он понимает, как сложно им с такими нездоровыми детьми.

Часть Ужика уже ликовала в предвкушении, а другая боялась разочарования. Он посидел без движения пару минут, унимая и неуместную пока радость, и преждевременное отчаяние.

Посмотрел на присланное Коброй фото: да уж, знак сложный! Надо потренироваться, чтобы быстро и по возможности незаметно начертить его в комнате девчонок.

До близняшек он дошёл только через полчаса: еле удалось освоить замысловатый знак.

Оля рисовала, Аля спала. Он тихонько вошёл в комнату, прижал палец к губам, чтобы Оля не разбудила сестру, и сел на пол у кровати девчонок. Мол, просто так зашёл — соскучился.