Тысячи километров до Иерусалима

Единственное, что надо было ему самому быть поумнее и вовремя подумать о тех последствиях, которые могла принести случайная встреча с джинном для неподготовленных людей.

Через пару дней дома у Алексея вновь нарисовался Валера со своей Тамарой. Супруги Секачевы без всякого воодушевления ознакомились с положительной динамикой в развитии Младшенького. То, что джинн полюбил смотреть телевизор, а особенно мультики, их нисколько не интересовало. В отличие от ставшего уже традиционным вопроса – не забыл ли Алексей про обещанное желание.

Потом Тамара принялась портновским сантиметром обмерять квартиру, а Валера вынул из барсетки компас и, ориентируясь по частям света, взялся составлять примерный ее план.

–Вы что задумали? – недовольно спросил Алексей. – Вы что, со мной квартирами поменяться хотите? У меня еще родители есть, они могут не согласиться.

–Не переживай, – сказал Секачев. – Твоя халупа нам ни к чему. У нас свое жилье есть. Получше этого.

–А зачем вам тогда всё это?

–Надо, Федя, надо, – Секачев отечески похлопал Алексея по плечу.

– Я потом тебе объясню. Честное слово. Все бизнесмены суеверные. Я тоже. Скажешь – и ничего не получится. А деньги вложены, работа проделана. Уж лучше потом, когда все о'кей будет. Я бы сейчас объяснил, но боюсь сглазить. Ты лучше вот что, дай-ка мне посмотреть ту бутылку, из которой это чудище вылезло. Ну, если тебе не жалко, конечно.

–Да не жалко, – недоуменно пожал плечами Алексей.

–Окурки из нее не выбросил?

–Нет.

–Это хорошо, – Валера взял бутылку, в которой зародился джинн, и начал ее придирчиво осматривать.

Он долго вертел ее и так, и сяк, а потом высыпал окаменевшие бычки на стол и принялся их сортировать и подсчитывать. Результаты Секачев аккуратно записывал в блокнотик с телефонами на странице с буквой «Д».

Увидев такое самоуправство, Алексей хотел возмутиться, но Младшенький проигнорировал покушение на его собственность, что не могло не радовать. С окурками давно следовало покончить. Зря он столько времени миндальничал с этим джинном.

–Леха, брат, просьбочка у меня есть одна. Маленькая такая просьбочка, – разобравшись с бычками, сказал Секачев. – Отдай мне эту бутылку, а? Зачем она тебе?

–Не отдам, – сказал Алексей. – В ней джинн живет. У него проси.

–Да ну тебя. Он же по-нашему ни бэ ни мэ, – не понял шутки Валера. – Я серьезно. Отдай, а?

–Нет, – твердо отказал Алексей. Ему надоели валерина бесцеремонность и загадочная многозначительность.