Не жизнь, а сказка (книга 1)

А также пропала огромная коллекция стразов и всевозможных подделок, которые Бессмертный собирал долгие века. Это напомнило Кощею об Алмазе Судьбы, в который он спрятал фальшивую иглу со своей смертью, и обстоятельства утери великолепной подделки. Кроме того, заколдованная дамочка с настоящей смертельной иглой тоже исчезла.

Он и до этого находился не в лучшем расположении духа, а теперь, увидев разгром в замке и полное отсутствие челяди и охранников, совсем рассвирепел.

– Всё, конец им!

– Правильно.

– Ивана в жабу превращу!

– Правильно.

– Конана сделаю дистрофиком – пусть потом попробует мечом помахать!

– Правильно.

– Обезьяна буду в клетке держать, пока не сгниёт!

– Правильно.

– А милиционера…

– Правильно.

– Да что ты заладил "правильно, правильно"! – заорал сам на себя Кощей.

– А чего ты языком треплешь? Дело надо делать.

– О-о, уважаю, – проникся Кощей. – Может, выпьем?

– Отставить! К тому же, всё равно вино без нас выпили. Приступаем к мести.

– А дамочку искать не будем? Как бы Смеральда к нам не подкралась.

– Я думаю, что жаба с кем-то из четверки ушла. Она такая… Так что и отомстим, и иглу вернём!

Бессмертный, тоскливо глянув на разграбленные кладовые и пустые винные бочки, начал раздумывать, с кого он начнёт.

– Чего тут гадать? С Ивана, конечно. И жабе место подходящее.

– Без тебя знаю, – огрызнулся Кощей. – К тому же он мне два зуба выбил.

Он прихватил чучело мини-Горыныча, создал врата и шагнул в них. Всё-таки, плен у Смеральды не прошёл даром – Кощей малость увлёкся и ошибся.

Он прекрасно знал местность, где проживал Иван-дурак, но настолько пылал гневом и жаждой мести, что одним из условий создания портала стало местонахождение Ивана. Откуда Кощею было знать, что Ваня в этот момент развлекался воинскими забавами?

И оказался Бессмертный прямо посередь богатырской сечи. Причём, в прямом смысле! Ровнёхонько в середине круга.

[1] per dimidium – напополам (лат)

Битва на Ратном поле

– Это же Кощей собственной персоной! – заорал Иван-дурак.

– Бей его!

– Шайтан-бабай! – воскликнул степняк. – Кирдык ему!

– Чахлик невмерущий!

– Назгул!

– Выкидыш Аида!

Воины потрясали оружием, выкрикивая оскорбления в адрес врага рода человеческого. Только Конан всё не мог вспомнить, как в Киммерии звали Кощея. Так и не вспомнив, он молча дал шпор коню и, помахивая ломом, двинулся на тощую фигуру, оторопело стоящую в середине бойцового круга.

Его движение послужило сигналом к наступлению.