Как починить дракона

Ильзе всё так же стояла на краю уступа, глядя вдаль.

– Э… – нерешительно начал Митрик.

– На сегодня ты свободен, – странным голосом сказала девушка, не оборачиваясь. – Иди домой.

Митрик не осмелился спорить.

Оставшись одна, Ильзе молча собрала инструменты. Потом зашла в сарай и достала с полки запыленную бутылку.

– Ильзе, – подал рокочущий голос Хорн.

Девушка не обернулась.

– Ты зря запретила мне говорить. Если б ты только разрешила, я бы его!..

Ильзе выдернула пробку и принюхалась.

– Тебе же нельзя…

– Знаю, мать твою! – зло выпалила девушка.

Осеклась, потом прикрыла глаза и понурилась. По щеке, блеснув, сбежала слеза.

– Знаю, что нельзя. Мне ничего, сука, нельзя…

Ночь спустилась на горы. В сумерках Ильзе свернулась на тюфяке, брошенном на камень – и подёргивалась, металась в забытьи. А во сне опять смеялась, взмывая в отцовских руках: «Выше! Выше!..»

…и вновь набирала высоту, и Тифаэль, её драконица, рычала и хохотала вместе с ней. А внизу проносились крыши и колокольни Дракенфурта, и навстречу под боевую песнь уже поднимались драконы-истребители Светлых.

И была яростная пляска схватки, земля кувыркалась вокруг, небо полосовали струи огня из пастей. И горящие враги падали навстречу пожарам города… А потом на самой высокой колокольне возникла фигурка в белом, воздела посох – и Тифаэль вдруг встала на дыбы, заслоняя собой хозяйку от незримого удара. И в колбе радиометра на приборной доске реактив вскипел алой пеной, и кабину наполнил тревожный звон…

Ильзе застонала, стиснув зубы.

И тогда во тьме зашевелилась громадная тень. Дракон склонил над девушкой голову. Гигантской пастью, способной жевать утёсы, он бережно подхватил за краешек одеяло – и укрыл Ильзе.

***

Утром, за два дня до гонок, понурый Митрик поднялся по тропе к мастерской. Он думал, что всё потеряно… Каково же было его изумление, когда маготехник встретила его на пороге – весёлая, подтянутая и облачённая в лётную форму с нашивками, которую Митрик на ней никогда не видел.

– Ну, что, собрался, Диметриус?

– К-куда?

– На поезд! У меня два билета, будем в столице к вечеру! Или ты уже передумал?

***

Сутки перед состязанием Ильзе не вылезала из брюха Хорна.

Всё подкручивала, подтягивала, проверяла… И лишь на закате присела на палец лапы, утомленно обтирая лицо от ихора.

– Ну? – опасаясь надеяться, спросил Айзенхорн. Ильзе лишь вздохнула.

– Форсаж не удалось наладить, – сказала она. – Если врубить, то может и пронести, а может пойти вразнос.