Мой личный джинн

     Мисс Хэйвуд поняла, что отвязаться от старичка ей так просто не удастся. Пять минут, которые она выделит ему, никак не повлияют на ситуацию.

- Хорошо, мистер Линг. Позвольте, я выйду из машины.

     Китаец, извинившись, отошел от автомобиля. Когда Эмили захлопнула дверь, он уже стоял у своего магазина и жестом приглашал войти внутрь.

     «Ладно, Эмили, не переживай. Старичок довольно милый и не похож на извращенца.

Прошлый раз на ужине у Арифа он вел себя весьма почтенно. Тем более он друг Мистера Гафури и вряд ли позволит себе лишнего»,- переходя дорогу, успокаивала себя девушка.

Перед тем, как нырнуть в полумрак китайской лавки, Эмили бросила взгляд на пикап и разгромленную лавку. Пять минут. Рашид никуда не денется. 

Гроза огненными стрелами пронизывала тяжелые черные облака, обрушив на Амал тонны воды. Жемчужина пустыни, сверкающий город, блеклым пятном проглядывал сквозь непроходимую пелену дождя.

Казалось, ливень целенаправленно изолировал королевство джиннов от мира людей.

     В нескольких километрах от Амала, на вершине необъятного бархана, сиротливо возвышались развалины Мединат Ульбашар. Среди руин темными силуэтами маячили шатры, а костры  полыхалиоранжевым заревом. В импровизированном лагере находились люди - прислуга, изгнанная из обители волшебников. Стоянку смертных стихия обошла стороной, оставив только непроглядную мглу, заполонившую небо.

Гнетущая обстановка лишила людей сна. Множество испуганных глаз были обращены в сторону Амала, созерцая, как водная стихия упорно стирала Цитадель Джиннов с лица земли. Гневить богов - последнее дело! Кара настигнет гордеца! Высшие силы беспощадны и к волшебнику, и к человеку! Перед их незыблемым взором все земные твари равны.

     Крах Амала сулил горстке смертных свободу от тщеславных и жестоких хозяев, но в то же время лишал их крова.

Уже никогда миру не лицезреть мраморных дворцов с высокими колоннами и витиеватыми башнями, сверкающие купола которых скрывались в густых облаках, дарующих тень оазису. Безжалостные пески и разрушительный дождь уничтожат хрустальные фонтаны, где плескались золотые рыбки, а прекрасные женщины-джины в жару прохлаждались на краю бассейнов.