Мой личный джинн

Серые пятна грязными кляксами растекались по страницам незримой книги, утаивая важные строки древних манускриптов. И прочесть загадочные послания мог лишь один человек - Ариф ибн Навид Гафури.

Уютный паб на побережье Санта-Моники мог похвастаться вавилонским столпотворением в миниатюре. Наплыв посетителей был феноменальным. Все столики и места за барной стойкой были заняты, а некоторые компашки и парочки, не испугавшись отсутствия стульев, теснились у стены, по углам и декоративных колонн, потягивая хмельные напитки.

Взмыленные официанты, ошалевшие от такого количества клиентов, устало сновали по залу, мечтая о минуте отдыха или перекуре.

Эмили и Джинн успели оккупировать последний столик в дальнем углу заведения до того, как народ атаковал вниманием несчастный паб. Теперь им осталось терпеливо дожидаться, пока обслуживающий персонал продерется через дебри людского леса и примет заказ. 

Мужчина с любопытством оглядел толпу, искренне недоумевая, как можно расслабиться в тесном и душном баре, где громкий гул голосов перекрывает звуки музыки, грохочущей, как военные барабаны.

От пристального созерцания посетителей его оторвало движение под столом и легкое прикосновение к щиколотке. Он знал наперед, что обнаружит там кувшин! Этот приставучий спутник преследовал, как собачонка, настырно напоминая, что близится конец недолгой свободы волшебника.

     Для Эмили появление сосуда прошло незамеченным. Она сосредоточено оглядывалась по сторонам, пытаясь выловить хоть одного официанта.

Ее настойчивые поиски обернулись неприятным открытием. Мисс Хэйвуд наивно надеялась, что с приходом ночи все неприятности отправятся на заслуженный отдых, оставив в покое ее скромную персону, но она вновь ошиблась в расчетах.

     Дебора Симмонс! Платиновая блондинка в узких джинсах и коротком облегающем топе, стояла вполоборота у барной стойки и весело щебетала с двумя парнями-туристами, приехавшими в Калифорнию из другого штата, где процветало фермерство и провинциальная манера поведения.

Легкомысленная девица кокетничала, обрабатывая жертв, в надежде, что разведет их на выпивку.

     Эмили готова была возблагодарить небеса, если бы Дебора покинула паб вместе с двумя деревенщинами, не заметив ее и Джинна. Но в этот вечер Фортуна продолжала потешаться над мисс Хэйвуд, испытывая ее терпение.

     Неуклюжий официант, задев плечом одного из посетителей, уронил поднос с грязной посудой.