Что скрывают зеркала

Но настаивать не стал, позволил ей уйти – пережить и принять известие.

Глава 3

ГЛАВА 3

Эля

Она сидела на краешке офисного стула для клиентов, зажав дрожащие ладони коленями, и напряженно, едва не молясь на него, глядела на гладкий лоб молодой девушки за компьютером. Похоже, волнение Эли передалось сотруднице агентства, потому что та вдруг нахмурила лоб и подалась корпусом к монитору, вглядываясь в него так сосредоточенно, будто ее взгляд мог обратить найденную информацию в желаемую. Эля, сидевшая напротив девушки, тоже невольно наклонилась к столу и сильнее сжала коленями руки.

Шрам на ладони вновь зазудел, как всегда бывало, когда она нервничала. Эля поскребла его пальцами другой руки и на секунду окунулась, как в вонючую болотную жижу, в воспоминание: она, раскинув руки будто крылья, пятится назад, прикрывая собой детскую кроватку, словно птица – гнездо с птенцами. Ее голос уже сел от криков и рыданий, и мольбы вырываются сиплым шепотом, отчего звучат страшнее, безысходнее. Но в ответ доносятся лишь грязные ругательства, которые давно выжгли в ее душе дыру. Она пятится от того, кто наступает на нее с ножом, до тех пор, пока не упирается спиной в жесткую спинку кроватки. Спящий ребенок внезапно просыпается, Эля чувствует это сердцем, а не потому, что тот закричал: ее малыш, такой же забитый и испуганный, как и она, уже давно научился отвечать на страхи не криком, а затравленным молчанием. Эля инстинктивно взмахивает руками, словно пытается накрыть ими кроватку, и в это же мгновение сильные пальцы хватают ее за горло и отбрасывают в сторону. Она с криком падает на пол, больно ударившись о него подбородком, но тут же вскакивает на ноги и разъяренной птицей налетает на обидчика. Она бьет его, лупит руками‑крыльями, уже не сипит, а клокочет и не мольбы, а угрозы. Он отбивается от нее одной рукой, зажав в другой нож, растерявшись от ее внезапной ярости, взрывом вырвавшейся на волю. Но вскоре приходит в себя и замахивается ножом. Эля опережает уже опускающуюся смертоносную руку на доли секунд, хватается за лезвие и отводит его в сторону. А затем с силой, на которую, казалось, не была способна, отталкивает обидчика и выхватывает из кроватки ребенка…

На ее ладони навсегда остался напоминающий о том страшном дне глубокий шрам, который начинал зудеть в моменты нервного напряжения. Эля вновь потерла его и громко перевела дух, приходя в себя после воспоминания, так не вовремя обрушившегося на нее.