Замок Пастыря

Не могу рассказать больше, ибо связан Обетом Молчания, но лучше бы Летичевым и дальше сидеть в своей глуши, а нам – не давать им повода вылезать оттуда, - некромант усмехнулся. – Лучше смотрите поединок, и лучше не моргайте, а то все пропустите.

Августина переключила внимание на круг, и вовремя. Томашевский дал команду.

Моргать действительно было некогда. 

Климайтис молниеносным движением вырвал из-за пазухи автоматический пистолет и тут же выстрелил. По точности и скорости движений было видно, что он много упражнялся со своим оружием, и его выстрел должен был попасть точно в цель, опережая любое возможное заклинание.

 

Летичев остался невредимым. Когда прозвучал возглас Томашевского, он не шевельнулся, и начал двигаться только тогда, когда литвин уже нажимал на спуск. Его сабля вылетела из ножен с умопомрачительной скоростью прямо навстречу пистолету. Казалось, итог должен быть предрешен, но брызнули искры, а защитный барьер замерцал.

Пуля отрикошетила.

Климайтис успел разрядить половину обоймы, прежде чем понял бесполезность этих попыток.

Летичев просто шел через зал, и на каждый выстрел отвечал лишь взмахом сабли. Его противник стрелял метко, о чем красноречиво говорили взблески искр, но ни одна пуля не достигла цели.

Гости затаили дыхание, да и сама Августина тоже. Она бы не удивилась изощренной магии, схватке грубых сил или тонких концепций. Но подобное зрелище поневоле завораживало. Ни один человек не способен отбить летящую пулю, будь он тысячу раз магом, он просто не увидит ее.

Можно остановить пулю или отклонить ее магией, но для этого нужно, как минимум, сотворить чары. 

Августина сосредоточилась на своих заклятиях. В стенах собственного дома для нее не существовало секретов, и действия обоих противников для нее были как на ладони. Климайтис использовал обычный пистолет, лишь с легкими вспомогательными чарами, но вот пули были куда серьезнее. Они состояли не из свинца, а из чего-то, хорошо удерживающего эфир.

Магия, которая наполняла каждую из них, при контакте с живой плотью должна была запустить процесс, схожий с ростом побега из семечка. Заглубившись в тело, каждая пуля выбросила бы множество острых отростков, которые причинили бы страшные раны и вдобавок нарушили бы движение эфира в теле жертвы, помешали творить чары. Серьезное оружие, которое могло доставить проблем даже намного более сильному магу.

Магия Летичева была куда слабее и тоньше.