Театр. Вампирская драма

Надо будет разобраться с этим по-быстрому.

Наконец подростки отключили прожектор и начали собираться. Когда девушка в красной бандане отделилась от остальных, Саймон скользнул за ней в переулок. Десять шагов, двадцать — он схватил ее со спины и зажал рот ладонью, прежде чем раздался крик. Слегка придавил к кирпичной стене. Просто припугнуть. Здесь незачем действовать в полную силу.

Девчонка изворачивалась, мычала, пыталась вцепиться зубами в пальцы обидчика. Он не заметил, как ее рука выскользнула из его жестких объятий.

Внезапно раздалось шипение пульверизатора, и в глаза Саймону ударила перцовая струя. Короткая вспышка боли — и дикая волна бешенства, хлынув вверх по его груди, изверглась яростным рыком. Сосуды взбухли, наливаясь густой кровью.

Размахнувшись, Саймон всадил апперкот девчонке в живот так, что она подлетела, оторвавшись от пола на полфута, и впечаталась в стену. Между кулаком и кирпичами хрустнули ребра и влажно продавилась плоть. Вопль оборвался сам собой, перейдя в тяжелый стон. Стоило Саймону отстраниться, и девушка рухнула к его ногам.

Бешенство отпустило так же резко, как накатило до этого. Пару секунд он, как загипнотизированный, смотрел на красные пятна, медленно растекающиеся по белой ткани. Сморгнул. Нечего тянуть. Ее дружки могут сбежаться на крик.

Он опустился на корточки возле жертвы и услышал ее сдавленный всхлип.

— Сейчас я уйду, — глухо прошептал он ей в ухо, — но больше не зли мистера Террона, ясно? Иначе придется мне еще с тобой поработать.

Он поднялся и, не оборачиваясь, нырнул в темноту переулков.

Он шагал к мотоциклу и не мог отделаться от блевотного чувства, будто все его внутренности перемешали садовыми вилами. Будто мертвое сердце склизким зародышем сидит в горле, а мертвый желудок рваными лоскутами плавает по булькающей крови.

— Твою мать…

Уезжая, Саймон с болезненным облегчением различил в ночной тиши сирену скорой помощи.

Глава 5. Премьера

Всё шло наперекосяк. Сначала они отказываются принять изменения в сценарий, а теперь уничтожают даже старую версию!

Стоя за одним из жестяных листов и наблюдая за постановкой, Адалин мучительно заламывала руки и чуть не выла.

Больше всего на свете ей хотелось остановить это позорище — просто выключить прожекторы, разогнать зрителей, оторвать головы актерам, ну а потом, чего уж, можно смело выходить на солнце. Это крах. Полный провал.

Дэйзи коверкала текст пьесы. Саймон играл ещё куда ни шло, но Дэйзи просто каждой секундой своего пребывания на сцене всё рушила.