Таинственный дом на Монмартре

Затем ненадолго устанавливается относительное умиротворение, но уже в мае рабочие начали грабить оружейные магазины. К июню в городе насчитывается 60000 вооруженных клокочущих гневом рабочих. В конце месяца в Париже построили более тысячи баррикад. И началось: генерал Кавеньяк, армия, пушки, горы трупов, расстрелы, суды, тюрьмы, каторжные работы… С обеих сторон погибло более одиннадцати тысяч человек. Почти в пятнадцать раз больше, чем за время декабрьского вооруженного восстания в Москве в 1905 году.

Вплоть до выборов президента Второй республики в декабре 1848 года, а также в последующие месяцы, Париж и всю Францию буквально трясло от острейшей политической борьбы, в которую оказались вовлечены все слои общества.

Именно на эти даты в романе приходится развязка. Зло наказано, и в ходе суда наступает момент истины. Газеты освещают историю главного героя, и это, по версии автора, так сильно взбудоражило парижан, что на время суда разом утихли все политические бури.

Вот как описывается в романе обстановка в Париже во время суда над главным героем в июне 1849 года: «Казалось, что в городе объявили негласное перемирие.

Затихли баталии политических оппонентов, прекратились уличные волнения, лихорадочная политическая жизнь внезапно замерла, и общественное внимание переключилось на разбирательство сенсационного кровавого преступления».

Стоит отметить, что июнь 1849 года – это время крайнего политического напряжения, едва не переросшего в очередное народное восстание, трагические последствия которого могли оказаться не менее серьезными, чем в июне 1848 года.

Спрашивается, почему же автор не отразил реальные исторические события в фабуле романа? И вообще, зачем понадобилась именно такая хронология событий? Почему нельзя было перенести весь трагический сюжет романа в более спокойную историческую обстановку, например на десять лет вперед, в относительно безмятежную эпоху Второй империи?

Когда размышляешь на эту тему, то первым приходит на ум простейшее объяснение, которое лежит на поверхности: скорее всего, мы имеем дело с проявлением слишком короткой исторической памяти.

В самом деле, между описываемыми событиями и годом выхода романа прошло тридцать лет. В памяти французов еще слишком свежи воспоминания о национальном позоре, постигшем Францию в результате франко-прусской войны 1870–1871 гг. Получается, что по прошествии тридцати лет у нового поколения французов «минуты роковые» национальной истории попросту выветрились из памяти.