Убийство на шабаше

– Как ты могла?! Опустошила меня, высосала, как муху, а сама приходила утешать?! Я доверяла тебе! Ты осталась моей единственной подругой, когда Ада и Беата отвернулись от меня! И все это время ты смеялась у меня за спиной?!

– Я не смеялась! Я пыталась разделить наш дар на две половины и отдать одну тебе! – крикнула Голди. Ее губы дрожали. – Мы стали бы слабее, но обе были бы ведьмами! Я читала, что это невозможно, но поклялась изобрести способ! А потом ты умерла из-за меня, и все это стало бессмысленным!

– Лгунья!

– Да!

– Воровка!

– Да!

– Самая паршивая гадина на свете!

– Тоже да, – Голди опустила голову, – прости меня, Вэл.

Валери остановилась. Громко шмыгнула носом.

– Верно. Я ведь потому и пыталась украсть дар той старухи. Сделала бы что угодно, лишь бы вновь стать ведьмой.

Она глубоко вздохнула и вытерла слезы. А потом схватила блюдо с закусками и швырнула его в Джеральда.

– Ты знал, козлина! Ты же с самого начала подталкивал меня к поискам, намекал присмотреться к окружению, а сам знал, что это Голди! И молчал!

Он отшатнулся, прикрывая лицо.

– Я обещал Беате ничего тебе не говорить!

– И ты знала?!

– Вэл, успокойся! Я не хотела, чтобы вы поубивали друг друга, поэтому молчала!

Валери рассвирепела, взмахнула рукой, и все закуски на столе атаковали их. Беата отразила удар и смела их в сторону, а Голди ухитрилась поймать у самого пола и аккуратно вернула на стол.

Адалинда схватила плывущий в воздухе сэндвич и бодро откусила.

– А вкусно получилось. Голди, что за соус ты добавила?

– Майонез с каплей горчицы и рубленной зеленью, – нервно ответила та.

Валери вспыхнула.

– Ты тоже все знала, Ада?!

– Нет. Поэтому могу просто понаблюдать за представлением.

– Почему ты нападаешь на нас, а не на истинную виновницу? – сердито спросил Джеральд.

– Заткнись, говнюк! Ты скрывал от меня правду! Я тебя почти другом считала, а ты – козел!

Адалинда хихикнула.

– Она не хочет бить Голди, а кого-то надо.

– Да ну тебя, – насупилась Валери, – вы все тут лжецы, кроме Ады.

– Да?

Валери бросила на нее гневный взгляд. Затем глубоко вдохнула и медленно выдохнула, успокаиваясь.

– Ты – чертова лживая сволочь. Но я помню, как ты меня тянула тогда. И каково это – быть пустышкой. Я тоже пыталась украсть чужой дар, наплевав на последствия. Странно винить тебя в том, что делала сама.

– Так ты меня прощаешь? – не веря своим ушам, спросила Голди.