Картонный трубадур

Потом незнакомка словно что-то вспомнила, схватила меня за руку так быстро, что я даже не успел пискнуть, и закатала рукав свитера. Я понятия не имел, что она хотела там увидеть.—Ты свел татуировку? —Отбросив мою руку, спросила она.—Я не Гаррет, —Отчеканил я в третий раз, —У меня никогда не было татуировки на этой руке.—Но… как такое возможно? —Женщина, казалось, говорила уже не со мной, а сама с собой, и вид у нее стал настолько потерянный, словно я прямо сейчас убил этого Гаррета у нее на глазах.—Я не представляю даже, о ком вы говорите, —Чуть мягче, не желая усугубить положение, заявил я, —Но мне нужна ваша помощь.

—Помощь? —Нахмурилась она, подняв на меня взгляд.—Я не понимаю, где я нахожусь. Мне нужно домой, в Атрис.—Ты что, пьян? До Атриса два круга пути, —Она развела руками. Тоже в перчатках.—Да почему вы все ходите в перчатках!? —Не удержался я, —На улице тепло! Ее, казалось, ударили по голове пустым мешком.—Так ты из пресности!? —Вытаращилась на меня женщина.—Откуда?—Ты в Гольхеттере, парень, —Незнакомка смотрела на меня, как на идиота. А нервы у меня уже сдавали.—Где? —Поморщился я, —Черт возьми, мне просто нужно домой! Я понятия не имею, как меня сюда занесло!—Это первый круг Гольхеттера, —Так, словно это было очевидно, выдала собеседница.—Ада что ли?—Боже, —Выдохнула женщина, поджав губы. Секунду поразмыслив, она спросила, —Ты что, случайно сюда попал?—А как еще!? —Разозлился я. На ее лице не дрогнул ни один мускул. Снова взяв меня под руку, она провела меня еще дальше, к краю площади, где почти не было людей и никто не мог услышать наш разговор. —Так, слушай, —Серьезно начала незнакомка, —А ты вообще помнишь что-нибудь? Ну, как ты очнулся или..?—Да где очнулся!? —Возможно, излишне резко перебил ее я, —Я просто шел по улице пьяный и оказался здесь! Все! Меня, видимо, никто не слушал. Вместо того, чтобы объяснить мне хоть что-то, от незнакомки снова поступил вопрос:—Ты помнишь свое прошлое? Черт, она все еще принимала меня за какого-то Гаррета! И как доказать ей, что я о нем даже не слышал ни разу?—Да, —Твердо ответил я, —Родился, ходил в школу, учился в универе, закончил, работал, сегодня меня уволили. Вот и вся биография. Я не знаю никакого Гаррета. И сам никогда им не был. Женщина пристально посмотрела на меня. Я почти мог видеть, как в ее голове крутятся шестеренки, и это настораживало. Она явно знала, как выбраться отсюда, но не желала давать мне этот ответ. Какая ей от этого выгода, оставалось только гадать.