Алигьера: Гримм

Скорее всего из-за того, что жандармы не любили «мешающих им работать» консультантов чуть меньше, чем Калеб не любил чеснок в своей тарелке.

Запах у этой штуки был просто невыносимым и портил даже самые изысканные блюда.

Именно по этой причине мисс Дойл никогда не использовала его в готовке.

А вот что стало для него неожиданностью, так это вежливая просьба переданная через дежурного жандарма - заглянуть в кабинет старшего констебля Лестрейда.

Удивленный Калеб решил, что отказывать представителю закона не следует.

Тем более с Лестрейдом Калеб был знаком — доводилось раз или два переходить дорогу сему законнику. По долгу службы, так сказать.

Разумеется, дружбы между ними не возникло. Особенно сильной антипатии, в принципе, также.

Кабинет старшего констебля, по сравнению с рабочим кабинетом Калеба, выделялся изысканной мебелью, полкой со множеством наград и развешанными картинами нарисованными явно не уличными художниками.

«Подарки от законопослушных граждан, вероятно». - иронично подумал Калеб оценивая картины.

- Добрый день, Мистер Лестрейд. - поздоровался он с хозяином кабинета.

Лестрейду было сорок пять лет, двадцать шесть из которых он провел на службе в жандармерии. Последние десять лет Лестрейд занимал должность старшего констебля.

- Здравствуйте, мистер Гримм. - произнес тот в ответ.

Почему за все эти десять лет Лестрейда не повысили до главного констебля — Калеб не знал. Но догадывался, что причина кроется в интригах аристократических родов любящих ставить на важные должности собственных избранников.

Или дело было в одном наглом повесе любящим курить чужие сигары?

О последнем варианте Гримм даже думать опасался.

- Чем обязан вашему приглашению? - задал он вопрос присаживаясь напротив Лестрейда, не став дожидаться разрешения от хозяина кабинета.

Если последнее и задело Лестрейда, то оный ни как это не проявил.

- Я пригласил вас, мистер Гримм, на эту дружественную беседу, дабы задать вопрос. — Начал говорить Лестрейд слегка наклонив голову на бок и рассматривая консультанта, словно неведомую зверушку под микроскопом.

«Странно. Очень странно». - отметил Калеб. - «К чему эти вопросы в банальном деле? Это же типичный «висяк»? Или нет? Подобное любопытство со стороны Лестрейда кажется подозрительным».