Мой дворец

Слева от меня с шуршанием ползли полупустые синие короба троллейбусов и желтые гармошки автобусов, с лихим свистом неслись разноцветные леденцы легковушек, справа подо мной переливалась мазутными пятнами речная вода, в ней отражалось горячее полуденное небо.

На середине моста я невольно остановился: здесь приятно тянуло прохладным ветерком и открывался просторный вид на излучину реки, густые лесные кудри, старенькие дома, стыдливо выглядывающие из-за деревьев. В прибрежных зарослях кустов акации, прямо под щитом «Купаться запрещено!» мальчишки, как и десятки лет назад, упрямо ловят рыбу, храбро купаются и, облепив сильно надутую черную автомобильную камеру, плещутся, визжат и сталкивают друг друга в воду.

А ведь пройдет немного времени, заповедные берега реки с тихими рыбными затончиками, где среди камыша желтеют кувшинки, – всё это зальют бетоном, и подросшие мальчишки забудут старые игры и заселят безжизненные небоскребы, которые с упорством раненного на корриде быка напирают со стороны Сити, чужого и холодного, как гряда айсбергов.

По ходу моего продвижения по неизвестному маршруту, слева из-за кустов и деревьев, праздничным тортом на семейном торжестве появилась сказочной красоты церковь Покрова. Меня повлекло в задумчивую тишину с золотом иконостаса и свечей, где отовсюду вопрошающе глядят на тебя, сквозь тебя, в самую глубину сердца – пронзительные глаза святых. Но ворота оказались запертыми на огромный амбарный замок. Между призывом Вседержителя «придите ко Мне все нуждающиеся и обремененные» и ответным движением человека воздвигнута непреодолимая преграда, которой, впрочем, не удалось остановить вспышку благодарственной молитвы из моего раскаленного жарой нутра.

Нечто вроде этого происходило в первый раз, в тот самый первый раз, когда я пытался сознательно и по доброй воле войти в храм. А ночью, душной июльской ночью, когда в предрассветном лиловом тумане воздух вибрировал от птичьего стона, а я проснулся и лежал с закрытыми глазами, ожидая чего-то необычного – вновь оказался я у входа в мой запредельный дворец.

Слева и справа от величественных золотых ворот стояли огромные рыцари в черных доспехах с волчьими мордами. При моем приближении они оскалились и угрожающе зарычали. В испуге и нерешительности я остановился и почувствовал противную слабость в ногах и унизительное чувство беспомощной обиды.

– Входи, не бойся, они тебе ничего не могут сделать, они способны только пугать и угрожать, – раздался где-то рядом приятный голос.