Кристаллический Мир

А сам я через некоторое время навестил Кизерса, где оповестил шестиглазого глиста о найденном недоброжелателе.

— Побеседовал с этим Горном. Как я понял — в конфликте он не заинтересован. И готов скомпенсировать нанесённый ущерб.

— Этот нищий? — скептически поднял бровь Кизерс. — И откуда у него средства…

Этот монолог очень своевременно прервал визит этого самого Горна. С покаянной мордой (херовый актёр, но уж как смог) дядька покаялся перед Кизерсом. А, значит, Аперс уже провернул скрывающую афёру. Глист от дичи, происходящей вокруг, впал в некоторую прострацию.

Даже поторговался за компенсацию так… фоново, чисто в обязательно-корпоративных рамках, хренея и думая.

— Это… странно, уважаемый Брамак, — вывалил на меня плоды своих размышлений глист.

— У вас претензии к расследованию и его результату? — изумился я, слегка кивнув на пластинку с кредами, оставленную Горном.

— Нет… Но…

— Кто исполнитель?

— Да.

— Подозреваю — высококлассная контора. Использовали вас и Горна как тренировочный полигон.

Почему СБ Шлода и не смогло выявить саботаж — не было целенаправленного воздействия и непосредственной выгоды.

— А Горн этот мне — вообще не конкурент, как и я ему, — озвучил Кизерс, на что я кивнул. — А средства…

— Скорее всего, откупные, чтобы не раздувать историю, — пожал плечами я. — Неприятно, но я бы предпочёл закрыть расследование. С организацией с такими возможностями у меня нет особого желания связываться.

— У меня, пожалуй, тоже, уважаемый Брамак. Да, не повезло, но в итоге всё к лучшему, — явно сам себя убеждая произнёс Кизерс.

И даже рассчитался со мной, из денюшек СБ Шлода, что довольно иронично. Ну а я вернулся в конус, где пару дней провёл с Витой, до следующего визита к Аперсу. Вообще, были у меня некоторые подозрения, что несмотря на всё мной узнанное, хочет этот тип меня поиметь.

Ну, точнее — спихнуть придурка-Рала. Но вот никаких “мест главы” в качестве награды меня не ждёт. Вплоть до того, что после “сделанной работы” меня прибьют.

В таком раскладе я могу свою полезность “отработать”, а концов, ведущих к Аперсу, не останется. Да и то, что нет лучшего, чем я, кандидата — это со слов Аперса. А с проверкой его правдивости эмоционально… Сложно было, прямо скажем. Пятьдесят на пятьдесят: трёхсотлетний опыт изощренного вранья в высших эшелонах корпорации. У него, подозреваю, ряд когнитивных искажений таков, что если бы он их не контролировал, то вполне мог называться душевнобольным.