Сердце матери

У таких две личности, обычная и стерва-истеричка. 一 Пояснила Виктория».

«Прямо как у меня, 一 Подумал Оливер, ухмыляясь про себя».

一 А-а, ну… Думаю что-то типа того. 一 ответил он девушке.

一 Я…Эшли. 一 всхлипывая представилась девушка.

一 А я Оливер. Можешь просто Олли!

一 По…по… пойдём…, 一 робко выговорила она и взялась за край рукава юноши.

一 Куда?

一 К друзьям.

Глава V. Убежище.

Тусклый оранжевый свет костра, горевшего в ржавой бочке, освещал старую кирпичную кладку небольшой, давно заброшенной ниши расположенной под старым мостом.

Пожалуй, одного из самых старых и не отреставрированных в городе. Где-то сверху шумели нечасто проезжающие машины. Внутри, обустроив себе из мусора подобие комнатной мебели, находилось пару молодых парней, на вид едва ли старше Оливера. Помещение их обладало совершенно особым, на редкость вонючим ароматом. Дело было даже не в том, что ребята явно были бездомные и уже начинали забывать, что такое личная гигиена, и даже не в мусоре, сжигаемом в бочке или создающем мебель, а в их собственном природном аромате, который эти двое хорошо чувствовали друг в друге.

Скажи кто-либо Виктории, что именно она учует здесь, несколько веков тому назад, она бы рассмеялась этому человеку в лицо и назвала бы его безумцем, но прогресс не щадил даже веками сложившиеся традиции межвидовой ненависти.

一 Топает! 一 Подметил один из парней достаточно высоким и даже немного мелодичным для мужчины голосом.

Помещение наполнил возмущённый низкий горловой рык, чей хозяин затем продолжил:

一 Где её черти носили!

一 Всё Мальком успокойся.

Тебе сегодня ночью нельзя волноваться.

一 Да спокоен я! 一 Огрызнулся крупный коротко стриженный Мальком.

一 Тогда, как тебе такое? Она похоже не одна. Там ещё шаги.

一 Чёртов кровосос! 一 Мальком ударил кулаком по стене. 一 Всё-то ты слышишь! Кто это?

一 Вот сейчас и узнаем, пёсик. Может тот, кто наконец приручит тебя. 一 С безмятежно спокойным взглядом заметил на вид довольно юный вампир.

Прохладный ветерок обдувал Оливера шагающего за девушкой, неторопливо ведущей его куда-то к боковой стороне старого моста, вдоль вымощенной набережной. Воздух был пропитан влагой планомерно проникающей в глубины окружающих улиц и пожирающей всё изнутри. Особенно это было видно по ступеням ведущим под мост, но было то, что побороть было не под силу даже этому ветру и влаге, это запах. Запах мокрой псины бросался в нос Оливеру, даже без помощи Виктории.