Сердце матери

一 Вика, да?

一 Вика, Вика, Вика, 一 несколько раз повторила Виктория, 一 твоим женским голосом это звучит как-то странно.

Усталый и напряжённый Мальком севший на старый изодранный диван, который они притащили непонятно, с какой помойки, заулыбался, оценив то, что хоть кто-то высказал вслух то, о чём он думал уже давно.

一 Женским голосом, прости? 一 Театрально напрягся было вампир, но затем сразу последовал примеру друга и расплылся в улыбке. 一 Сочту это за комплимент! Я и без подсказок знаю, что он у меня шикарен!

一 А-а нарцисс, понятно.

一 А вы-то кто такие? У вас раздвоение личности или что-то типа того?

一 Что-то типа того. 一 Произнесла Виктория, укусив до крови клыком подушечку пальца. 一 Протяни ладонь.

Ярко-алая капля вампирской крови капнула на бледные ладони недоумевающего вампира.

一 А-а и что? Я не каннибал, и не нарцисс, кстати!

一 Ты не знаешь что? Сколько тебе юноша?

一 Эм… девятнадцать.

一 Вампирских лет или человеческих?

一 Ну и тех и других вместе.

一 Абзац, 一 Виктория тяжело вздохнула, 一 ладно, выпей эту каплю крови и смотри мне прямо в глаза.

一 Не очень гигиенично, конечно, но не в наших условиях, как говорится.

一 Так не говорится, 一 тихонько вставила Эшли, с интересом наблюдая за происходящим.

一 И что? Ты просто так возьмёшь в рот каплю крови незнакомца? 一 Поморщился Мальком.

一 Это вампирское Мальк. Тебе не понять. 一 С умным видом пояснил он.

一 Ой дурак…

Недолго думая Леонард сделал, то о чём его просили и пристально стал наблюдать в красные глаза неизвестного юноши, которые, казалось, с каждой секундой становились всё ярче и ярче, затмевая собой плавно темнеющее окружение.

Через мгновенье он осознал себя совсем в другом месте. Его взору открывалась давно затерянная в веках долина, окружённая со всех сторон высокими зелёными горами. Вокруг царила ночь, а луна освещала всё вокруг воинственным, кроваво-красным светом. Сам же он стоял облокотившись на балюстраду, выпиленного в отвесном горном своде, замка. Руки его были непривычно тонкими, явно не принадлежавшими ему самому, с довольно смуглым оттенком кожи, не смотря даже на природную вампирскую бледность. Внизу же несколько сотен человек, а может и «нелюдей», скандировали в такт двум бледным, оголённым до пояса барабанщикам неустанно бьющим по своему древнему инструменту. Слов, которые скандировала толпа, Леонард разобрать не мог, язык был ему незнаком, но кое-что звучало до боли знакомо, как-то по библейски.