Найденыш 11. Князь Гиперборейский

Это плохо отражается на здоровье, - Баталья накрыл пустую чашку от кофе ладонью. – Так мы договорились?

- Договорились. Я сегодня свяжусь со службой безопасности и выясню у господина Шубина насчет встречи. Дадите свой номер телефона?

- А вы завтра сюда заходите на чашечку кофе, - оживился мужчина, увильнув от желания делиться телефоном. – В это же время. Надеюсь, с хорошими новостями.

Он встал, надел на себя свое мрачное пальто, и не застегиваясь, слегка поклонился.

- Всего доброго, сеньорита Бьянка, - Баталья вышел с непокрытой головой и как будто намеренно прошел мимо девушки, после чего смешался с толпой прохожих и исчез.

Скрипнув зубами от злости, рвущейся из груди, она цапнула телефон, нашла в списке контактов номер, обозначенный как «ночной гость», и сделала звонок. Этот номер был зарегистрирован на человека, не имевшего никакого отношения к барону Назарову или к членам его семьи.

Дождавшись щелчка соединения, Бьянка коротко бросила:

- Рыбка клюнула.

На той стороне выслушавший ее человек сразу же отключился.

А значит, он все понял, и рискованная авантюра начала раскручивать свой маховик.

Дача Волынских, март 2016 года

Весна в этом году щедро насыпала тепла, не давая своей сопернице-зиме особо лютовать нежданными метелями и густым снегопадом посреди солнечного дня. Хрусткий ледок на лесных прогалинах рассыпался под ногами людей на сотни мелких осколков, освобождая почерневшую и отмершую под растаявшим недавно настом траву.

Шереметев с интересом рассматривал дикий уголок огромного парка в поместье Волынских.

Сюда редко кто заглядывал, разве что егеря для проверки, как размножается живность и не шалит ли простой народ из окрестных сел. А заодно приводили в порядок просеки, убирали бурелом, уничтожали сухостой – от этого лес приобрел удивительную чистоту и прозрачность, прямо как в образцовых маркграфствах Германии. Покажись сейчас олень с ветвистыми рогами на полянке – Василий Юрьевич нисколько не удивился бы.

- Умеешь ты за своим хозяйством приглядывать, Леонид Иванович, - похвалил давнего друга-союзника Шереметев. – Глаз радуется, до чего здесь приятственно находиться. Все жду, когда под ногами сучок треснет, ан нет – словно грабельками прошлись.

- Так и есть – грабельками, - усмехнулся Волынский, расслабляя лицевые мышцы. Еще не отошел от роли сурового хозяина, давая указания работникам возле особняка. – Здесь все же не лес, а парковая зона.