Планы на осень

Очень много целебных компонентов. Агрессивно-целебных.

- А те, в медцентре - адепты народной медицины, значит? С топорами и холодильником?

- Мы с этим боремся. – Неопределённо качнул он головой. – Хоть и достается им только восьмушка наследованной крови в лучшем случае, да и то от случайных людей…

- То есть, их выдаивать досуха можно? – Вопросительно поднял я брови.

- Никого нельзя, - поморщился Поверенный. – Наказание будет суровым. И не только для них, но и для потребителей товара. Следи за телевизором – возможно, кто-то из богемы пропадет.

- Вот уж что не смотрю…

Но чуть легче стало. Нельзя это все так оставлять.

Придется проследить за новостями. Я жесток, справедлив, мстителен – но достаточно ленив, и готов поручить месть кому-нибудь еще, если ее размер меня устроит.

- Надеюсь, нашей беседы было достаточно, чтобы ты начал принимать верные решения, - казалось, подытожил гость, поднимаясь со стула.

- А вот насчет этих прыжков… Если я умею и могу, то…

- … то представь, что узнал сейчас о великолепном мастерстве фигурного катания, которое в тебе есть от рождения.

– Вновь обаятельно улыбнулся гость. – А в твоем городе даже коньки не продают.

- Кажется, я понимаю ваш намек.

- Это не намек. Просто смирись и забудь.

Я оголил левую руку и посмотрел на шрам:

- А это?

- Знаешь, что гусям подрезают крылья, чтобы не улетали осенью на юг?

Забавно как. Я думал – уродливое, но преимущество. Значит, и коньки бы не помогли инвалиду…

- Какие оптимистичные у вас примеры.

– Грустно смотрел я на пульсирующую рану.

- Какие есть. Я старался быть с тобой честным.

- Ну… Рад, что хоть кто-то в моей семейке считает меня человеком, а не демоном. - Я криво улыбнулся.

- Разве я это сказал? Наоборот.

Внутри отчего-то похолодело.

- Если ты помрешь, демона уже ничего не сдержит, - внимательно смотрел он на меня. – Береги себя.

- В таком случае, только если ради вас. – Поднявшись и прикрывая наготу, я шутовски раскланялся.

- Не для меня. В память о матери.

Всякая грязь, сотворенная тобой, ляжет на ее честное имя. В моих интересах этого не допустить. – Отставил от стул к стене. – Будем прощаться. – Констатировал он.

– Стойте!.. - Вспомнив, резко окликнул я незнакомца.

- Да?

- Ответьте хотя бы, я Валентинович?

- Нет.

- То есть, я всю жизнь врал людям… - Покачал я головой.

И мне врали. Но это привычная ерунда.

- Удачи. – От последнего его слова отчего-то повеяло теплом и соленым запахом моря.