Планы на осень

- Теперь еще и отчислят, - пожала она плечами. – Наверное. Одно письмо ты, может, еще и переживешь, но два…

- Да не виноват я! – Набрал я воздуха грудью. – Прокляли меня, Таня. – Выдохнул с ожесточением. – Точно говорю.

- Да ну? – Скептически повела она бровью.

- Алексея с нашего курса знаешь? Вот ведьма его и прокляла. Сначала самого Леху приворожила, - грозно смотрел я в угол комнаты. – Теперь друзей отваживает. Я у них в гостях был, трезвый - с тортом приехал, без спиртного. А как выгонять меня начала, такси вызвал и уехал – у Алексея спроси.

- Вот это да… - ахнула тихонечко секретарь. – Это, получается, еще письмо из дурки будет…

- Таня, - укоризненно посмотрел я на нее. – Если б я пьяным дебошил или дрянь какую жрал, отпустили бы меня в тот же день? Говорю же – проклятие, как есть проклятие!

- А девчонки говорили, на тебя ничего не ложится.

Настал мой черед укоризненно на нее смотреть – та даже смутилась, осознав, что ляпнула.

- Другой бы – вообще сдох, - строго подчеркнул в ответ. – Но если и вправду отчислят, - горестно покачал я головой. – Получается, и меня добьет …

- Я ведь твоему другу Алексею и позвонить могу, - задумалась Таня.

- Звони, – тряхнул я головой. – Но если моя правда – спасай, Таня! Не дай замерзнуть и пропасть, как брошенному котику ранней зимой!

- Ладно, котик. Сейчас все узнаем, - нашла она телефон среди бумаг и, не отводя задумчивого взгляда, в самом деле набрала Лехин номер телефона, поставив разговор на громкую связь.

Тот был на парах, но звонок из деканата игнорировать не стал. Хотя вопросам явно удивился.

- Так, говоришь, был у нее конфликт с Ремером?.. Нет, ничего не случилось. Спасибо.

Оставалось только руками развести – мол, сама все слышала.

- Хорошо, - вновь задумалась Татьяна. – Одно из писем я придержу пока.

Я молча достал еще одну плитку шоколада и положил поверх первой.

- Ты не обнаглел? Думаешь, два письма - две плитки?

- А сколько? – Похлопал я честными глазами.

- Не две, вот уж точно.

Но мое подношение приняла и переложила в верхний ящик стола. Затем внимательно начала меня изучать, словно решая что-то.

- И мне бы все-таки письмо еще распечатать, - успел я вставить, пока мне не огласили ценник.

- Для вокзала? – Скептически подняла она бровь, все еще не веря, что это и было причиной визита.

- И для вокзала. И «характеристику» еще, - помялся я с ноги на ноги. – Пока еще какое письмо не пришло.