Стажировка для бога

— Ну, до рая, к сожалению, не дотягивают тамошние условия проживания, — заметил Сим с максимально возможной горечью. — Собаки там живут едва не на голой земле. Но тем не менее, остаются дружелюбными и ласковыми.

— Не то, что некоторые из людей, — буркнул Игорь.

— Верно. Но кто, если не люди, должны помогать несчастным животным?

Сложно было не заметить, что умозаключение притянуто за уши. Но похоже, Игорь до такой степени дорожил отношением новоявленного друга, что решил не цепляться к словам, а только участливо кивнул.

— И я вот тут подумал, — осторожно продолжал Сим, — ведь пара крепких парней, таких как мы с тобой, могли бы построить несколько будок для животных, — он подумал и добавил: — Плюс один к карме, так сказать.

Игорь кивнул вновь. Выглядел он благожелательным и готовым на все. И судя по всему, он испытывал острую нехватку друзей, иначе непременно задал бы хоть один уточняющий вопрос. Ну, например, что это за собачий рассадник такой и где он находится…

Глава 19

Поход к собакам намечался сразу, как только закончатся уроки.

Без всяких приготовлений — ведь работать прямо сегодня никто не собирался. Для начала следовало осмотреть территорию и наметить объем предстоящих дел.

Сим дожидался Игоря на пороге школы, и с каждой минутой ожидания настроение его становилось все мрачнее и мрачнее. Во-первых, он переживал из-за Полины. Весь день эта упрямая девчонка пряталась по углам и шарахалась от него как от прокаженного. Во-вторых, Сим беспокоился по поводу реакции Игоря, когда тот узнает, что его собираются отвести к небезызвестному деду Захару.

Здесь действительно было, о чем волноваться. За дедом Захаром водилась дурная слава: в городе его считали сумасшедшим, а его собак всех поголовно — бешеными. Что если, опознав логово зловещего собачника, Игорь без разговоров бросится наутек. Что тогда делать Симу? Не гнаться же за ним в конце концов. Третья погоня за три дня — это явный борщ. Так можно и подозрения навлечь. И к тому же, даже если и пуститься в погоню — что потом? Не силком же человека тащить обратно?

— Эй, Соболев!

Знакомый голос хоть и отвлек Сима от тяжелых мыслей, но радости все же не принес. Вполне вероятно, этот голос по определению не мог приносить радость. Даже больше — складывалось впечатление, что высшим предназначением этого голоса являлось издевательство над ближними. Все потому что принадлежал этот голос никому иному как Даниле Храмову.