Стажировка для бога

И, как назло, именно Данила Храмов был последним человеком, которого в данный момент хотелось повстречать Симу.

— Что ты, молодец, не весел? Что ты голову повесил? — шутливо поинтересовался Данила.

Он был в компании одного из своих дружков, а потому не боялся получить взбучку. А жаль. При других обстоятельствах Сим, пожалуй, не отказался бы от честной схватки — хоть бы пар выпустил.

— Чего притих? — все не унимался Данила. — Неужели ты на тайном свидании? Поджидаешь возлюбленную? Это что же получается, Агафонова тебя простила?

Тут он сделал паузу и изобразил вежливое ожидание.

Но не выдержав и полминуты, продолжил:

— Знаешь, а я ведь за вас переживал. Чистая правда, зуб даю! Вы просто восхитительная пара — отшельница и ее цепной пес. Ну где еще такое встретишь?

Однозначно, он действовал целенаправленно. Докапывался, пытался вывести из себя. Зачем — оставалось догадываться. Но если поначалу Сим с готовностью велся на эти провокации, то стоило раскусить политику Данилы, как на душе сделалось спокойно и легко.

— Ничего у тебя, Храмов, не выйдет, — флегматично заметил Сим. — Иди домогайся кого-нибудь другого.

Лучшая стратегия — не реагировать. Это одновременно и удерживает от необдуманных поступков, и раздражает собеседника. Где бы еще Сим смог научиться чему-то подобному, как не в мире людей?

Тем временем получивший отпор Данила пытался каким-нибудь образом вернуть контроль над ситуацией.

— Нет уж, я побуду здесь, — сказал он негромко.

— Больно интересно узнать, кого ты дожидаешься.

Сим только успел пожать плечами, как в следующую секунду из глубины здания вынырнул Игорь. Да не один. А в сопровождении самой яростной поклонницы средневековых романов — Психо-Ксюха.

Неожиданная компания, как ни глянь. Сим даже не знал, что они общаются…

— Решил, что помощь лишней не будет, — с ходу объявил Игорь.

И только тут он заметил Данилу.

К слову, последний выглядел чрезвычайно заинтересованным.

Оставив Сима, теперь он во все глаза рассматривал парочку отщепенцев, при том как-то странно улыбался и даже что-то неразборчиво бормотал одними губами — скорее всего сочинял очередную колкость.

Неудивительно. Здесь у него имелся широкий простор. Обычно, поиздеваться получалось только над одной из жертв. Но сейчас, когда они предстали вместе, можно было придумать что-то новенькое, более комплексное. Какая удача.