Нулевой аркан

Сиденья оказались широкими, удобными, мягкими, с расстоянием между ними, позволявшим вытянуть ноги, а то и разложиться горизонтально, укрыться тепленьким пледом и выспаться на высоте в дюжину километров над землей.

Пассажиров в бизнес-классе оказалось всего шестеро, если не принимать в расчет Леху. Два молодых парня в подчеркнуто строгих деловых костюмах от «Гуччи», (друг Хиллари репортёрил в одном из журналов большого глянца и Леха волей-неволей поднатаскался на предмет забугорных шмоток), и с подведенными глазами в силе «а ля Зверев».

Они оба взявшись за руки уселись в соседнем ряду, чем вызвали в Лехиной душе, прошедшей экстрим школы высокой моды под брендовым названием «казарма», стойкое омерзение. Третьей была женщина неопределенного возраста и довольно невзрачной наружности, которая стеснительно и испуганно опускала глаза и пыталась убрать куда подальше потертую сумку. Наверное, ей, как и Лехе, не досталось места в "экономе", а лететь было надо, потому пришлось потратить кучу бабок на непозволительную, с ее точки зрения, роскошь. Можно, конечно, поинтересоваться у Хранителя, каким образом она оказалась в дорогом классе, но тот все утро хранил показательное молчание и показательную невидимость. Как, впрочем, весь вчерашний вечер и ночь.

Еще двое были стандартными. То есть узнаваемо-характерными для представителей бизнес элиты. Или элитки, кому как нравится. Босс и секретарша. Они расселись по разным рядам, что в принципе неудивительно, потому как похожая на «барби» длинноногая, в боевой раскраске девица скорее выполняла роль дорогого авто при хозяине, чем реального помощника.

А так как машину с собой в полет не возьмешь, приходится довольствоваться «двуногим» имуществом для демонстрации статуса. Статус хозяина демонстрировал и секьюрити средних лет, в ком Леха определил бывшего представителя очень непростых структур по цепкому взгляду и манере экономно и гибко двигаться. Собственно, в отличие от куклы-барби, телохранитель был здесь как раз к месту. Сам же босс, облаченный в дорогой классический костюм серого цвета, узкий галстук в тон, и черные, без единой пылинки замшевые туфли кинул на пустое кресло плащ и антикварного вида саквояж, к которому определение «с каждым годом вещь становиться дороже» было справедливо на все сто. Словом, мужик олицетворял собою реальное богатство, и по сравнению с ним и его «свитой» стюарды, парень и девушка в форме авиакомпании, выглядели официантами третьесортной забегаловки.