Нулевой аркан

А именно «летный шлем с встроенным модулем новейшей системы компьютерного взаимодействия с пилотируемым механизмом».

Все было более чем прекрасно. Изделие показывало себя вполне достойно, до момента, когда какой-то умник (теперь уже и не вспомнить какой) не озвучил идею попробовать шлем на «семерке». Вот тогда и начались проблемы. Точнее одна проблема. «Ноль тринадцатый» нагло запретил вылет большинству летчиков части, кроме одного – Федора.

И тут поперла не то чтобы мистика, а вполне себе сбой той самой «новейшей системы компьютерного взаимодействия».

Но какой-то уж очень странный сбой.

— Вот представь, — волновался Федор, — после разрешения на взлет, ты вдруг, ни с того ни с сего, начинаешь чувствовать как резина колес трется о бетон. Буд-то сам босиком шаркаешь. Чувствуешь, как холод обхватывает фюзеляж. Тебе физически холодно! Как тебе в лицо давит воздух! То есть не в лицо, а в обтекатель. Представляешь? Тебе становится горячо на пятой точке, прикинь? Ничего смешного! Потому что ты прекрасно знаешь, что так работает выхлоп и все нормально.

Ты начинаешь забывать, зачем вообще сел в кабину и что тут делаешь. Ты летишь! Не истребитель, а ты! Это у тебя стальные крылья! Это не моторы, а твое сердце ревет! И такая в тебе мощь! И небо для тебя - дом! Ты кувыркаешься под облаками так, как будто в детстве летом плещешься в реке! Такая свобода… такая сила…

Федор замолчал.

— А дальше? — трое сидевших напротив боялись пропустить хоть слово.

— Да, блин! — Федор нервно провел ладонью по голове.

— Я тогда еле в себя пришел. Хорошо, вовремя сообразил, чем могут кончиться эти танцы в воздухе. Но все равно успел навертеть петель. Такое ощущение, что не я управляю самолетом, а он мной. Как я тогда переср...! Кхм. Пипец, короче. В общем, не надену я больше ваш «череп». Страшно представить, что было бы, неси истребитель боекомплект.

В небольшой кухоньке старой хрущевки воцарилось молчание.

— Не врет, — шепнул призрак прямо в ухо.

Лешка дернулся так, что чай из кружки, которую он держал, плеснуло на стол.

— Бли-ин, — зашипел он, с виноватым видом глянув на хозяина квартиры. Но тот, казалось, недоразумение даже не заметил, он пребывал где-то очень далеко.

— Вот оно как, — исповедь приятеля каким-то волшебным образом протрезвила Игната, — а я, дурак, еще обижался.

— На что? — поднял на него глаза Федор.

— Да едрить твою… а если бы «череп» мне тоже доступ дал? — прошептал инженер, оглянувшись на дверь. — Я бы, наверно, улетел.

— Вот и я том же.