Книжный Червь и Лис Энтропии

– Я требую реванша! – решительно заявила девушка, и все началось заново.

Мы настолько увлеклись игрой, что Симпсон-сану пришлось выключить свет с целью прервать наше занятие.

На следующий день мы вновь встретились в библиотеке и продолжили играть. Моль-семпай всегда присутствовал при этом. Ему настолько понравилась моя версия каруты, что он не уставал каждый раз зачитывать одни и те же строчки. Вскоре он выработал настолько восхитительные, особенные интонации для каждой ёмифуда, что я и Софи-семпай иногда зависали на несколько секунд и дослушивали строки до конца, прежде чем схватить нужную карту.

(Впрочем, нужно сказать, я иногда менял некоторые карты в колоде, чтобы немного разнообразить игру.)Изредка к нам присоединялась Элис-сан, и тогда, помимо ведущего, у нас появлялся еще и комментатор. Бойкий девичий голосок разносился по библиотеке, но Симпсон-сан не спешил отчитать нас за нарушение правил поведения, и потому казалось, что это место полностью принадлежит нам.

В тот вечер у Моль-семпая оказался не сделан реферат, который ему требовалось сдать завтра, и из-за этого наша игра не состоялась.

Я сидел за одним столом с Софи-семпай и Элис-сан, думал о том, какие еще цитаты лучше взять для создания новых карт, и мне вдруг пришла мысль, насколько сильно наши посиделки сейчас напоминают клубные занятия. Возможно, это мой шанс? Мы могли бы создать клуб, вести активную школьную жизнь, найти новых друзей...

– А знаете, между всеми картами, будь они игральными, таро или для каруты, есть кое-что общее, – неожиданно произнесла Элис-сан, перебивая мою мысль.

Она расслабленно сидела на стуле и перетасовывала ёмифуда.

– Что же это? – меланхолично спросила семпай.

После того, как мы начали играть в каруту, ее настроение резко улучшилось и тон голоса немного смягчился. Она бы никогда не созналась, но, думаю, на семпай благотворно влияло общение с живыми людьми.

– На них всех можно гадать! – жизнерадостно ответила Элис-сан.

– Любое предсказание будущего – сущая чепуха, – отрезала Книжный Червь.

А потом, покрутив между пальцев ручку, добавила: – Но ради интереса, так и быть, попробуй.

Моя одногодка положила колоду на стол и перемешала ее.

– Итак, посмотрим, что же ждет Софи в будущем, – пафосно заявила она и двумя пальцами взяла со стола одну ёмифуда. – "Этот господин Сиракава... Он очень дурной человек, – проронила она..."

– "...Мне было так жалко всех трех – госпожу, Эцуко и Сугу, – что я не могла сдержать слов..." – закончил я за нее цитату по памяти.