Волчок 2. Семь вёрст. (черновик)

Версия про тайную организацию хоть и шуточная, но родилась не на пустом месте.

"Чертов Север со своей паранойей" — подумал Влад и достал телефон. Нужно было связаться с Зофрием. Они периодически обменивались весточками, хоть и не самыми стандартными.

Открыв банковское приложение, он ввел номер счета и задумался над сообщением. "Тысяча тридцать шесть и двадцать одна копейка. А тянет ли вопрос на тысячу? Пока ничего не ясно. Лучше все-таки семьсот".

— Ай!

Неожиданное столкновение выбило из рук телефон. Влад чуть не свалился на дорогу вместе с девушкой, выскочившей на него из арки.

— Ой, простите! — испугалась она.

— Простите! Я не хот...тел...., — отстранившись от девушки, Влад забыл, чего он конкретно не хотел.

Перед ним, с огромной папкой на одном плече и толстой сумкой на другом стояла его единственная верная подруга из поселка — Алиса.

За три года ее лицо симпатично округлилось, волосы пострижены по самые скулы и, конечно, покрашены — в красный и зеленый. Но неизменным оставался ее фирменный мрачный стиль в одежде.

А еще взгляд, заинтересованный и осторожный, словно она решала, кто перед ней — борзый тип, которому нужно в воспитательных целях нагрубить или невинный лопух, перед которым не стыдно извиниться.

— Простите, — Влад и хотел поднять телефон, но Алиса решила сделать то же самое.

Нагнувшись одновременно, они сильно столкнулись плечами. Телефон все же достался девушке.

— Спасибо, — Влад протянул ладонь, чтобы ему вернули мобильник, но девушка отдернула руку.

— Подожди. Я тебя знаю.

— Вряд ли, я бы вас запомнил, — сказал Влад, стараясь смотреть куда-нибудь в сторону, чтобы поменьше сверкать лицом.

— Тогда откуда твои фотки на моей старой карте памяти? Как тебя зовут?

Влад растерялся. Он отчаянно хотел, чтобы Север был здесь, потому что сам он сейчас не был способен на морок. И на с какое-нибудь соображение вообще. Ее неотрывный взгляд обездвиживал.

— Я помню тебя, — сказала Алиса со счастливым облегчением, чуя свою правоту, но потом ее голос сошел до сокрушенного шепота.

— Но я не помню имя...

Сердце Влада не выдержало. Не можешь заморочить, не издевайся, — говорило оно.

— Влад. Зайцевич, — посмотрел он прямо на нее. — Это я дал тебе фотоаппарат. Три года назад.

Стертые воспоминания вспыхнули красками. Девушка ахнула.

— А потом ты пропал! Вот кого я должна была забыть. Вот зачем мои родители морочили меня! Но ничего у них не выходило! Я каждый раз смотрела на фотографии и.... Вспоминала все меньше, но не забывала.

— Тише...