Волчок 2. Семь вёрст. (черновик)

Глава 28 Возвращение на точку невозврата

Ветер издевательски лениво перебирал легкие тканевые жалюзи, не смея сунуться в душный кабинет. Вдоль стен стояли застекленные книжные шкафы. А к ним спинками прижимались секции жестких бордовых кресел, словно украденных из школьного актового зала. Бывшая комната совещаний на сегодня стала театральной сценой.

— Увидел Иван-царевич жар-птицу в клетке и схватил! Курицу за лапы возьмешь. Фазана за подставку бери.

Север брезгливо, но осторожно взял за подставку пыльное чучело фазана с подоконника и поднял перед собой.

Антон Амфимович закопался в листы с текстом, которые держал на планшете. На вид ему было лет сорок, на деле наверняка больше, а по поведению казался карикатурным сознательным и деловым старшеклассником. В своей белой рубашке, заправленной в брюки, он даже походил на пионера-переростка.

Север и Влад наивно ожидали, что будут репетировать самостоятельно, и что на работу нужно будет приходить только чтобы отчитываться о сделанном. Поэтому оделись в приличные футболки и шорты, чтобы не ехать в гости как огородные чучела.

Но в итоге попали на репетицию под надзором нервного творческого руководителя. Творческий руководитель у Сомнии — это уже само по себе стало новостью для ничего не подозревавших новоиспеченных актеров. Кто еще у них есть? — задавался вопросом Влад. — Космонавты? Машинисты?

Владу, кстати, повезло больше, чем Севру. Он всю репетицию сидел на кресле у стеночки и обмахивался тетрадкой. И то устал от ожидания и нервничал, глядя в телефон и обновляя мессенджер.

— Так, а почему волк сегодня не волк?

— А что мне репетировать? — резонно спросил Влад. — Слова за меня будет дублер говорить. А мне надо только рядом с Иваном ошиваться.

— А. Н-ну… Да. Послезавтра с ним отрепетируем, — неуверенно согласился Антон Амфимович и снова уткнулся в текст пьесы. — Так. Иван трогает клетку, попадается царю Долмату. А он… отправляет за златогривым конем. И получает штраф за прогул репетиции.

Север, слушая монотонный бубнеж и бессознательно глядел в стену, устало ссутулился.

Словно переняв его сонное настроение, фазан потерял в бедрах сцепление с ногами и повалился вперед, повиснув на шкуре. Север схватил его, боясь, что отвалится, и переглянулся с Владом.

Тот удивленно кашлянул.

— Поставь птицу, — сказал Антон Амфимович. — Что с ней?

— Ноги не держат.

— Опять. Ладно. Так. Дальше понятно. Лезешь через забор, идешь за конем. Конь у нас вот.

Север обернулся к стойке-вешалке на колесиках.