Волчок 2. Семь вёрст. (черновик)

А фотографировать упавшие на пол тряпки и выключатель — какой смысл?

— Ну да. Это мало поможет, — Север почесал старый шрам на носу. — Нам бы осмотреть вашу квартиру. А лучше провести ночь.

Саша на несколько секунд замерла, растерявшись. Хотя для борьбы с чудищем запрос был вполне естественный, пускать незнакомого парня в свою квартиру, на свою территорию, где не ступала нога никого кроме нее и подруги, было немного тревожно.

— Только не сегодня. Там бардак и вообще.

— А не боитесь остаться сегодня одна?

— Нет. У меня свежий оберег.

— А завтра? Потом ведь выходные. Нам нужно самим на него взглянуть. Вы можете оставить нас, если хотите. Подруга пустит вас переночевать?

Такой вариант Сашу устраивал больше. Это было видно по расправившимся плечам и посветлевшему взгляду.

— Да. Наверное. Я узнаю.

— Тогда, — Север достал телефон. — Нам бы обменяться номерами. Давайте я вам свой наберу, а вы, как решитесь, позвоните.

Такой расклад Саше тоже нравился. Она вынула из кармана пальто дешевый поцарапанный смартфон и положила на протянутую руку Севра.

Ее пальцы случайно коснулись его пальцев, теплых и мягких. Она тут же спрятала руку в карман. Стыд какой — у охотника на нечисть руки ухоженные, нежные, а у нее маленькие, сухие, с мозолями и царапинами, не по-девичьи сильные и резкие.

— Держите.

Саша неохотно вынула руку из кармана и быстро забрала телефон. Наверное, это выглядело грубо, но парень никак на это не отреагировал.

— Если сегодня что-то будет происходить, сразу пишите, — Север нервно усмехнулся.

— Не бойтесь. У нас дома ночной сон это роскошь в последнее время.

***

Домой Влад и Север вернулись к сумеркам. Перед этим им пришлось заехать на работу, чтобы вернуть дротик. Потом зашли в магазин и затарились жертвенным угощением для Гарьи.

Дома их ждал неприятный сюрприз. Прямо во дворе. Едва они отошли от калитки, как встали на месте, уставившись на снеговика. Он каждый день подтаивал и менял выражение лица, одно страшнее другого. Влад радовался тому, что они с Гарьей слепили этого монстра не перед окнами его комнаты, а напротив Севкиной.

Но этот раз снеговик превзошел сам себя. Безрукий и давно безрогий, он хищно скукожился, будто гоблин, которого отвлекли от добычи и хищно прищурил пустую глазницу. У его ног снег был забрызган красным, а вокруг валялись черные перья.

Позже Инга Воландовна успокоила их.

— Это Гарюшка пошла за дровами и потрепала галку, — как что-то будничное рассказала она, неся в главную комнату кастрюлю с вареной картошкой.