Волчок 2. Семь вёрст. (черновик)

Я тоже всю жизнь мотыляюсь туда-сюда и постоянно хочу домой.

— Не представляю, как ты держишься. Как остаешься веселым.

— Никак. Просто я запретил себе впадать в уныние. Это самая страшная ловушка, в которую можно легко попасть. Волчья яма. И там ничего нет, кроме пустоты.

Гарья с насмешливым сомнением нахмурилась.

— Философ.

— Понимаешь, экзистенциальный кризис это тема сложная и не в моей компетенции, — подыграл Влад, поправив несуществующие очки. — А я тупой. И ленивый. Мне впадлу решать глобальные проблемы.

Я готов приложить все силы там, где я могу что-то поменять. Но есть вещи с которыми ничего не сделаешь. Я просто отпустил ситуацию. В конце концов, кому сдались мои переживания?. Блин. Это должно было прозвучать не жалко, а вдохновляюще.

Гарья усмехнулась и утешила Влада, благодарно коснувшись предплечья.

— Да нет, это была воодушевляющая речь.

— Ты все-таки поговори с Севкой. Может, он тоже хочет домой. Хотеть домой втроем не так мучительно, как в одиночку.

— Да. Попробую.

— Кстати, а можешь рассказать, что с галкой было?

— Она у нашего страховика руку хотела утащить.

Я не успела подумать, запустила в нее поленом, — стыдливо поделилась Гарья, опустив взгляд в телефон. — Если что, я ее не съела. А выкинула соседям за забор.

Влад первым нервно захихикал.

— Ты чего сделала? - нервно хихикнул Влад. - Представляю лицо соседа, когда он это найдет.

Гарья тоже представила лицо набожного вредного деда, увидевшего во дворе, на нетронутых следами затвердевших сугробах мертвую окровавленную птицу.

Отчаянный и неукротимый смех вырвался из Гарьи так резко, что у нее в груди заболело.

***

Гарья вышла из комнаты на ночную дозаправку чаем с вафлями. Русалочья суть требовала еды независимо от морального состояния и желания спать. Разговор с Владом немного успокоил ее. Но сон все равно не шел к ней. Весь вечер и ночь она думала о том, как сообщить брату, не жалеющему себя на работе ради их общего будущего, что она хочет домой. В мечтах Север с радостью согласился и они вместе отправились в Навь.

Может даже в Моховку.

Она направилась к двери, но ее взгляд привлекло свечение на диване. Север спал, лежа на боку, с телефоном в руке. Гарья осторожно вытащила телефон из разжатых пальцев. На экране были сообщения: Севкины и какого-то Саши. Полистав, Гарья поняла — не какого-то а какой-то. Гарья не стала вдаваться в подробности, но по коротким ответам и отдельным словам было видно, что общение было взаимно приятным.