Спящий Ангел

Видимо, гуляла – продрогла, - ответил Егор не задумываясь.

- Егор, у неё рука трясётся, - сказала Ева настойчивее.

- Нервы, потеряла сына, - пожал плечами Егор. – Тут не то что рука – с ума сойти можно.

- Егор, у неё тремор. Ей нужна помощь. Не свежий воздух. А квалифицированная помощь. Если захочешь сделать для неё лучше, то не организуй место под соснами, а займи место в очереди на энцефалограмму.

Ева разрушила магию момента. Как на американских горках, упала с пика на землю на большой скорости. Егор захлопнулся под напором её осуждения.

Они шли молча среди сотен крохотных огоньков, абсолютно потеряв ощущение сказки.

И тут Ева увидела, как в лесу меж деревьев вырос город.

Вот он высится и манит разноцветными огнями прямо посреди леса. Выплывает в ночи как призрачный лайнер из тумана - окна с разноцветными занавесками. В одной квартире стоят на подоконнике цветы. В другой – неряшливая стопка книг. В третьей стражем сидит кот.

- Не обольщайся, - самодовольно сказал Егор. – Это всего лишь муляж – символ будущего города.

Наша цель, к которой мы идём.

- Но как?! – удивилась Ева.

— Это Аркашина идея. Так-то он по профессии инженер, но в душе - художник. Предложил создать в нашем городе серию арт-объектов. Мы спрятали окна с занавесками и уютными мелочами вроде ваз в прозрачных пластиковых футлярах, прикрепили их к стволам деревьев. В темноте вырастает город. А днём смотрится странно. Я люблю приходить сюда, чтобы вспомнить, ради чего вся эта суета.

Разговор поюлил, походил кругами и вышел на прямую.

Егор заговорил о Стёпе. О его роли в рождении города. О небольшом медицинском пункте, который Стёпиными усилиями пополнился не только лекарствами, но и оборудованием, стареньким, списанным, кое-как отремонтированным.

Ева откликнулась. И выглянула из-за шторки цинизма. Она рассказала о том, как Стёпа неоднократно приходил на помощь: когда напали хулиганы в переходе… когда с ней случился приступ на детской площадке.

Разговор шёл легко.

И Ева скользила на грани. Осторожно про внутреннюю карту района, про отражения болей и печалей других людей.

Ева обманывалась ощущением собственной трезвости.

Егор поддержал. Эмпатия, сострадание, умение пережить чужую боль как свою…

Ева не знала, как объяснить, что внутренняя карта её района – это другое. Егор как будто вынуждал её оправдываться.

Еве захотелось вытащить Егора на прогулку. На ту самую, когда люди падают к ней в руки со своими бедами.