Сан-Инферно 8. Школа новичка

Но вместо этого мы сидим, и треплемся на отвлечённые темы, как два приятеля...

Я вздохнул.

Да, это клёво: вот так, по душам, потрепаться с отцом. Но где-то в глубине души подпрыгивает и скребёт острыми коготками такая мысль: он заговаривает мне зубы СПЕЦИАЛЬНО.

Отец выдаёт просто КУЧУ информации - не спорю, интересной. Но вряд ли необходимой.

И при этом что-то отчаянно скрывает...

- Тогда я ещё спрошу. Ответишь?

- Куда я денусь, - достав сигареты, он вытащил одну... Понюхал, и спрятал обратно.

- Почему мы прячемся в этой дыре?

Отец поперхнулся.

Хотя вопрос был очевиден: чтобы получать удовольствие от того, что сидишь голым задом на холодном камне, нужно или быть мазохистом, или от кого-то прятаться.

А поговорить по душам лучше за кружкой пива, сидя в любимом кабачке...

Король Зиновий потёр лоб, закатил глаза к близкому потолку... - словом, проделал все эволюции человека, который отвечать не хочет, но понимает, что придётся.

- Видишь ли, сын, - сказал он. - Тебя собираются убить.

Глава 7

Я заржал.

Гермиона, дремавшая на моём плече, от неожиданности проснулась и придушила меня хвостом.

Смех перешел в кашель.

- В толк не возьму, что тебя так развеселило, - отец бросил на меня неприязненный взгляд. - Может быть, ты не понимаешь этимологии слова "убийство"? Так я тебе сейчас объясню...

Продолжая смеяться и кашлять, я махнул на него рукой. А потом попытался размотать с шеи василиска - чем заработал несколько новых царапин.

Пришлось оставить Гермиону в покое. Пускай себе душит.

- Если бы за каждое покушение на себя, любимого, мне давали один золотой, у меня бы уже было... Семь золотых!

Я вздохнул. Получалось не так уж и густо.

А впрочем...

Если посчитать те покушения, о которых я НЕ в курсе - ну тех, которые предотвратила Кэсси... Может, я и стал бы состоятельным человеком.

Отец всё ещё злился. Это было видно по его глазам, по жесткой складке рта, по тому, как нервно он подёргивает пальцами левой руки.

Рукоять пистолета!

Его рука действовала так, будто берёт пистолет и жмёт на спусковой крючок.

Я поёжился.

Или моего папашу достаточно легко вывести из себя, или... я его так допёк, что он готов пристрелить родного сына.

Второе вероятней.

Бабуля, то есть княгиня Златка, всегда говорила: тебя легче пристрелить, Максимка, чем заставить делать то, что тебе не хочется.