Мессир Константин 1: Дом колдуна

После чего он торопливо подскочил, собрал рассыпавшиеся бумаги, отряхнул землю с одежды и щек, пригладил всклокоченные волосы и с видом оскорбленного достоинства прошагал в сторону дома, куда я его любезно пригласил.

- Это возмутительно! - забубнил гость, едва оказавшись в моем кабинете. - В первый раз со мной такое, что когда я пришел засвидетельствовать право собственности, на меня напала аномалия!

- Стоило бы предупредить о своем визите, - заметил я, устраиваясь в кресле хозяина поудобнее. - Все-таки вы идете в дом колдуна.

- Это не первый дом колдуна, куда я пришел, - продолжал ворчать он. - Но такое вот в первый раз… Вы что, совсем это не контролируете?

- И часто вы заявлялись в этот дом без предупреждения?

На этом моменте писарь решил сменить тему. Достал из своего испачканного портфельчика стопку помявшихся листков и наконец приступил к делу. Собственно, пришел он засвидетельствовать мое право владения и зарегистрировать меня в столичном реестре колдунов, по ходу бурча, что новички вообще-то должны заявляться в Синьорию сами и сами бегать по кабинетам, вписывая свое имя.

Новички, может, и должны - но я-то мессир с собственным домом и собственной скверной. Поэтому не я должен бежать в Синьорию, а Синьория ко мне - о чем его мятый вид и говорил. Он вообще ворчал весь разговор, как обиженный мальчик, которого хулиганы хорошенько покатали по земле - хотя в общем-то так и было.

Дальше пошла анкета. Мое имя, возраст, родство с прежним хозяином этого дома - как будто кто-то не в курсе.

- За все годы, - оторвался писарь от заполнения бумажек, - о вас не было передано в Синьорию никаких сведений. Почему?

И правда, почему? Этот вопрос, наверное, не ко мне. Вон там в гостиной висит портрет - спроси у него, вдруг ответит.

До трех лет он мне даже имени не удосужился придумать - чего уж там какие-то записи или анкеты. Кто знает, сколько бы я жил таким безымянным, если бы в гости к отцу однажды не заехал дед.

Я этого не помню, но дед рассказывал, что по моей тарелке бегали какие-то жучки, а среди игрушек возились мыши. А еще отец забыл его предупредить, что я вообще родился - вот такой сюрприз. А когда дед спросил, как меня зовут, отец сказал что-то вроде:

- Я его обычно не зову, он сам приходит. Подрастет, выберет себе имя…

По рассказам деда, именно после этих слов он меня и забрал, радуясь и одновременно удивляясь, что я вообще умею говорить.