Красное затмение

Я задержался из-за лаборатории. Профессор Лавлетт, прошу, взгляните на эти снимки.

И по-паучьи тонкие пальцы с лёгкой дрожью протянули профессору несколько размытых чёрно-белых квадратных фотографий. На первой карточке виднелись, судя по всему, обыкновенные клетки крови, увеличенные под микроскопом. Приплюснутые тёмные пластины хаотично плясали на стекле, из-за чего картинка выглядела нечётко, однако всё же довольно различимой, чего нельзя была сказать о второй карточке. Это была та же самая кровь, но с нижнего края фотографии появлялись многочисленные чёрные точки, очевидно разрастающиеся по всему периметру капли.

В местах, где точек скопилось слишком много, клетки крови выглядели деформированными. Болезненное разрушение не позволяет разглядеть происходящее лучше, но здесь явно нет ничего хорошего.

— Видите, профессор? Я решил взять яд из клыков кровопийцы из нашего хранилища. Я знаю, что это учебный образец, который служит, скорее, для наглядного пособия, чем для проведения подобных опытов.

Но вы посмотрите. Яд сохранил свои свойства даже спустя столько лет. Он не утратил способности к заражению. Не знаю, делал ли уже кто-то нечто подобное, но я подумал, что это лишним не будет, верно?

— Что? Какая кровь? — Лавлетт недоуменно протирал глаза, глядя то на фотографии, то на Лорена, — Откуда ты взял кровь для исследований?

— Всё хорошо, профессор, это моя кровь. Ни одно живое создание не пострадало, кроме моего пальца.

— Хорошо? Лорен! — профессор повысил голос, а затем устало вздохнул и отошёл в сторону, начиная постепенно наворачивать беспокойные круги, — Я только сегодня читал лекцию о том, насколько исследования вампирской крови опасны.

Ты даже не представляешь, что тебя может ждать!

— Но я был осторожен, профессор.

— Конечно, ты осторожен. Просто я надеюсь, что не будет лишним ещё раз напомнить тебе о последствиях? Болезни, потеря сознания, аллергические реакции, кома, смерть. И, что самое ужасное, превращение в вампира!

— Профессор, я работаю в совершенно стерильных условиях, и это одна из причин, почему не стоит обо мне беспокоиться.

Вы же знаете, что я осторожен. Пусть и не всегда внимателен, но за свою жизнь держусь крепко. — Лорен сказал это, постукивая кулачком по парте и, почувствовав лёгкий скрип под собой, медленно встал, — Я не хочу, чтобы вы переживали обо мне, в этом нет никакой нужды. Больше всего на свете мне хочется только, чтобы наше дело продолжало жить.