Следствие по магии 2

Опушка имела оригинальный ландшафт, подправленный снарядом. Воронка от взрыва скрыла нас от жужжалок, но как нам выбраться к своим? Голова гудела и подвывала….

Не подвывала, это сторонний звук. Перехватив автомат поудобнее, поднялся на ноги. Метра три от лагеря нашел изуродованную волчицу. Она барахталась в крови, силясь встать и тихонько поскуливала от боли. Не жилец, ее грудь ходила ходуном от частого дыхания. Она, как и мы попала под удар. Рядом с ней, толкая мать носом, скулил щенок, наверное, полуторамесячный.

Он иногда бегал вокруг, возвращался и плакал.

Голова волчицы повернулась на звук, ее желтые в этот миг человеческие глаза посмотрели на меня. В них было столько мольбы, бесстрашия перед смертью и мужества, что захотелось поклониться. Она просила только об одном, позаботится о ее ребенке, ведь чужих детей не бывает?

Щен был серый, с небольшой коричневой полоской вдоль спины. На морде застыла кровь, он постоянно тыкался носом в волчицу. Я присел и протянул руку, щен застыл и перестал плакать.

За спиной хрустнула ветка, умирающая волчица оскалилась.

— Командир, потеряли тебя.

— Дим, иди обратно, сейчас приду.

— Ты? – кивнул он на волчицу.

— Взрывом, — волчонок залез ко мне под ноги и осторожно выглядывая из-под коленок.

— Нужно добить, мучается же…

— Иди.

Добивать никого не пришлось, она сама ушла, убедилась, что ребенок пошел ко мне, что я какая-никакая защита и закрыла глаза.

— Беги к своим богам, я позабочусь, если жив останусь.

Ну руки щенок пошел добровольно, уютно расположившись под курткой, чихнул пару раз и все-таки высунул морду, запах пороха ему не понравился. Потом еще повозившись затих.

Между тем на опушке уже пришли в себя и даже развели небольшой огонек в ямке и поставили что-то готовится. Дима поднял на меня глаза, кивнул своим мыслям и продолжил кашеварить. Ко мне подсел военкор. Француз.

Навязали нам их двоих, в начале. Одному из этих журналистов пришлось уехать из Донецка, чтобы не подвергать опасности своих близких, оставшихся в Европе.

После выезда из Украины ему закрыли въезд туда на 10 лет. Безосновательно. За правду. Второму европейское начальство в одной из известных местных газет написало письмо, что временно отзывают у него лицензию из-за давления «сверху». Тем не менее он остался на Донбассе и, не смотря на всю льющуюся на него ненависть и угрозы, продолжает бороться за правду. Она здесь дорогого стоит.