Третье правило кошек. Скелеты в шкафу

«Ну и что, они же мне завели собаку, а не себе», — ответил второй внутренний голос.

«Как что? Они взрослые, должны понимать ответственность. А ты еще ребенок, ты не должен принимать такие решения…» — снова первый голос. Или уже третий? Сколько голосов может быть в одной усталой голове? Вот так шиза и начинается…

Весь день Леша маялся — все валилось из рук, мысли метались от одного решения к другому. Заниматься ничем не хотелось. «Муся вот в твои годы…» — вспомнилось ему. Да кто такой этот Муся?! Мальчик взял смартфон, нажал на строку поиска.

«Муся… Как там его? Не помню… герой…». «Пионер-герой Муся Пинкензон», — услужливо подсказало автозаполнение в браузере. Леша открыл статью, пробежал глазами — сосредоточиться на чтении тоже не удавалось. «Пока последний из них не упал, сраженный пулей», — завершился рассказ. Маленький скрипач сыграл песню, которую ненавидели враги, а остальные жители ее подхватили. Интересно, стал бы Муся играть, если бы знал, что тогда расстреляют не только его, но и всех остальных? Да нет, это же фашисты, они бы и так всех расстреляли — рано или поздно. Каждый год в школе на уроках мужества рассказывают о том, что они творили. И все-таки?.. А что сделал бы он, Леша? Мальчик не знал.

«Хорошо быть героем, когда думаешь только о себе, — услужливо подсказал один из голосов в голове, — делай, что хочешь, ведь о маме с папой беспокоиться уже не надо, а остальные не считаются».

«Идиот! У него родителей немцы убили! А твоих никто не трогает. И вообще, разве ты о них беспокоишься? Ты просто не хочешь мучиться сам, и чтобы тебя за собаку ругали!»

«Ну… не хочу… А что мне теперь делать-то?!»

«Выбирать: стать трусом или предателем».

«Неужели нет третьего варианта?»

«Может, и есть, но ты его сейчас не увидишь».

Голоса были неумолимы. Леша обхватил руками чугунную голову. Белая, не выдержав, подошла к нему, дружелюбно потерлась щекой о локоть. Не грусти, мол, я с тобой. Леша заметил ее жест, но от него стало только больнее: Пупи никогда так не делал, хотя именно он — его собака, а это всего лишь кошка, да к тому же, бабушкина!

«Может, ему и правда все равно, с кем жить, — закусив губу, подумал мальчик, — найдутся люди, которые умеют обращаться с собаками, не то, что мы с папой… А я из страха показаться плохим лишу Пупи шанса на счастливую жизнь с хорошим хозяином.

Уж лучше пусть меня все считают предателем».

В презентации о войне часто вставляли фразу «В жизни всегда есть место подвигу».