Запятая Судьбы

Светлов поморщился, раскрыл дужки и снова сложил их.

— Ты предлагаешь посвятить в подробности проекта «Братство» всех, начиная от старших оперативников?

— Я предлагаю не делать из Чтеца оправдание нашим ошибкам. Не забывай, у тебя есть я.

— Прости?

— Как говорилось в старом пошлом анекдоте: «валите все на меня», — фыркнул Воин. — По крайней мере, это никого не удивит и если и даст пищу, то исключительно досужим слухам и болтовне в курилках, а не пустопорожним расследованиям. Чем, по-твоему, теперь будет заниматься Шолто? И куда его могут завести поиски этого рыжего мифа?

— В любом случае Чтец находится в сфере наших интересов, — пожал плечами Александр Евгениевич, водружая очки на их законное место.

— А молодёжи, пусть даже и столь многообещающей, требуется занятие. По возможности, достойное их способностей. Это вполне укладывается в традиции нашей организации: многое они должны найти и понять сами. Куда-нибудь эти поиски его приведут. Время покажет, друг мой. Кстати о времени: полагаю, тебе стоит поторопиться со сборами, если ты хочешь, как обычно, выспаться по дороге на место.

— Зар-раза ты, Светлов, — махнул рукой Воин и, не спрашивая разрешения, вышел из зала. Александр дождался хлопка двери и перевёл задумчивый взгляд на местный телефон. Специалисту по связям с общественностью предстоял ещё один не самый приятный для обеих сторон разговор.

***

2012 год. Июль. Санкт-Петербург. Центральный офис Агентства «Альтаир». Серверная. Рабочее место сисопа.

Птаха хлопнула по кнопке настольного коммуникатора и глубоко задумалась.

Она не была на собрании. Лично. Но система связи в здании центрального офиса, собранная и отлаженная её полненькими ручками, давала ей возможность присутствовать в нескольких местах разом.

— Значит, он очнулся… — протянула она, нервно теребя бисерную феньку на запястье. — И Палач едет его вербовать. Хочу ли я этого?

Она взглянула в огромное настенное зеркало, висевшее в серверной. В блестящей поверхности отразилась невысокая пухленькая блондинка с васильковыми глазами.

Цветастый балахон, ярко-голубые джинсы, жёлтые кроссовки. Этот образ она не меняла уже много лет. Единственным, что подверглось исправлению после смены имени, был возраст: нынешняя Птаха выглядела лет на десять моложе, чем прежняя Сова. Никто не дал бы ей больше двадцати.

— И Чтец проявился. И убитые военные. Что мне важнее? — она склонила голову набок, её глаза на мгновение пожелтели и вернулись к прежнему цвету.