Запятая Судьбы

В вырезе виднелся рваный шрам, проходящий чуть левее грудины и уходящий под ткань. Широко раскрытый белый глаз насмешливо сверкал, синий был прищурен. — А ты не думал о том, что после подарка моей Королевы меня нельзя убить ничем, имеющимся у вас?

— Ты и в самом деле думаешь, что это был подарок, Кай? — негромко спросила Кит. Ледяной принц провёл пальцами по шраму, коснулся глаза.

— Эти осколки льда были самым ценным, что я получил в жизни, — тихо ответил он. — Помимо новых коньков и почти что власти над миром. Она дала мне всё.

Герда едва не забрала это, но тёмная Леди с Тенью за спиной убила её. И напомнила мне, в чём моё предназначение.

Он сделал небрежный жест рукой. Воздух со свистом прорезали острые куски льда и разбились о стремительно возникшую перед ними стальную ленту. Эрик повёл плечами, и четыре полосы тёмно-серого металла, росшие из его позвоночника на хитроумном кронштейне, завибрировали в воздухе.

— А ты ещё кто такой? — изумлённо спросил Кай.

— Меня зовут Эрик Карлссон, — густым басом ответил рыжий, — а один американский еврей с румынскими корнями, сосчитав мои конечности, назвал меня Октопусом, сиречь осьминогом.

По эту сторону океана я известен, как объект «сто восемнадцать К». И, боюсь, ты меня недооцениваешь. Равно как и всех, собравшихся здесь.

— Прелестно, — улыбнулся Кай. — Просто какой-то парад существ с разных Граней. Не хватает только вашей Совы на пару с Пухом.

— Жаль, что их здесь нет, — серьёзно откликнулся Вит. — Если обмен любезностями окончен, то предлагаю, наконец, перейти к делу.

Он метнулся вперёд, и в этот момент разом погасли все факелы. В комнате повисла непроглядная тьма.

***

Высокая худощавая женщина лет тридцати пяти, сидевшая за секретарской стойкой в доме номер восемьдесят один по Тринадцатой линии Васильевского острова нажала на пульте синюю кнопку.

— Говорит Агентство «Альтаир». Здесь Мэрионн. Всем оперативным бригадам. Вероятностная аномалия в Исаакиевском Соборе перешла в активную стадию. Пятый уровень с перспективой подъёма до седьмого.

Код «зеро-четыре». Повторяю: код «зеро-четыре».

Александр Евгениевич поднял глаза от блокнота и встретился взглядом с брюнетом, допивающим перцовку.

— Началось, Воин.

— Да, Сандер. Пожалуй, нам пора. Официант, счёт!

***

«Говорят, когда умираешь, перед глазами проносится вся жизнь».

Избитая фраза мелькнула в мозгу в тот самый момент, когда в левом глазу вспыхнуло ослепительное солнышко боли. Сознание милосердно погасло.

***

Десять лет назад. Август.