Вверх. Шаг за шагом.

Что, в свою очередь, послужило предметом множества шуточек для юных белошвеек. Одна из них, слишком смелая или слишком глупая, попыталась пошутить над баронессой и её юным спутником, точнее – о вероятном характере их отношений. Кажется, она потеряла работу.

Все то время, что баронесса таскала его по швейным ателье и конторам портных, Вадим чувствовал себя одной из тех кукол, что во множестве имелись у сестренки и которых она постоянно одевала в разнообразнейшие наряды. Так и баронесса сейчас наслаждалась процессом преображения неотесанного провинциала из лесной деревушки в салонного щёголя.

Попутно с этим она экзаменовала его на предмет умения вести непринуждённую светскую беседу, и вот с этим возникли проблемы.

– Пойми, Вадим, – втолковывала она ему, – не надо обрушивать на собеседника шквал фактов, логических доводов и рассуждений, это не поможет одержать победу в споре. Собственно, и одерживать победу не надо. Важна игра, легкие полунамёки, хитроумные провокации…

– А зачем мне всё это уметь? Я ведь не собираюсь тонкими уловками выуживать информацию, я просто приму облик нужного человека и разузнаю всё что нужно.

– Хм… – баронесса с сомнением осмотрела Вадима, после чего заявила решительным тоном:

– Значит, я представлю тебя как своего племянника, вернувшегося из дальнего морского путешествия, за время которого ты очерствел душой и стал неотесанным грубияном. Но одеть по-человечески тебя всё-таки надо.

И она продолжила играть с ним, словно с куклой. После они ненадолго вернулись в особняк, где оставили попечению Савелия невероятное количество коробок с купленной баронессой одеждой, обувью и почему-то небольшим пуфиком, который ей очень понравился.

Вадим с трудом убедил баронессу, что процесс переодевания всё же следует произвести в одиночестве, и они сели в парадный экипаж с баронской короной на дверце. Григорий, Василий и барон, похоже, нашли в себе силы продолжить борьбу с зеленым змием.

Начало темнеть, и Вадиму во второй раз представилась возможность насладиться видами вечерней Александровской Слободы.

Всего-то второй вечер, ещё и двух суток не прошло, а он уже катит в баронской карете на великосветский раут, где должен вмешаться в опаснейшую игру с высочайшими ставками…

– Простите, Инесса Евгеньевна, а что, собственно, мне предстоит разузнать?

– Вы знаете, Вадим, после того как я вам всё расскажу, пути назад не будет. Это Александровская Слобода, и нравы здесь похлеще обычаев самых отпетых разбойников Гнилушки.

– Я понимаю.