Двери закрываются. На выходе из вагона

Она впервые слышала, что в тех краях, оказывается, тоже есть метро.

– Зато там вы точно будете на переднем сидении. Обещаю.

Охотник смотрел на девушку одним глазом, выглядывавшим из-за падавших на лицо растрёпанных волос; его глаз словно искрился. 

– По утрам с вокзала Лондон-Паддингтон периодически ходят беспересадочные поезда в сторону Девоншира. Ехать три с небольшим часа. Быстро. Я пару дней назад на таком примчался – зацепером… – Охотник неловко отвёл взгляд. Похоже, он сболтнул немного лишнего.

Поезда, другой город и конкретная станция в нём, а ещё он откуда-то знает, что я хочу стать машинистом, хотя мы видимся впервые в жизни. Вроде как он не врёт… Как бы не оказалось в итоге, что на самом деле меня зовут сниматься в кино для взрослых.

– А всё же, как вы узнали, что я машинист-неудачник?

– У вас всё в глазах написано, – Охотник, наконец, додумался поправить бандану, которая съехала на бок, пока он гнался за Ванилью, – Я такой взгляд из тысячи узнаю.

И потом, вы сидели у входа в метрополитен.

Что-то как-то сложно. Этих двух моментов не может быть достаточно.

– Пошли-ка… куда-нибудь, – Охотник сменил тему, – а то дождь собирается.

Ваниль почувствовала три капли, упавшие ей на макушку. Да, насчёт дождя он уже прав. А зонтика при себе не было.

– Переждём в подземке? – Ваниль кивнула в сторону таблички с надписью «Underground», недалеко от которой она только что сидела.

Дождь усилился; прохожие начали один за другим раскрывать над головой разноцветные грибы зонтиков.

– Пошли.

Они убежали под крышу входа в метро.

Стоит, не стоит? Ваниль была не совсем готова к перспективе объездить все существующие и несуществующие британские острова в поисках работы. Хотя чем чёрт не шутит.

Может, там и правда всё сложится удачнее?

– Так когда, говорите, ближайший поезд до Тинмута?

* * *

Минул 2007 год. С тех пор порядки изменились, и в Лондонской подземке приняли однозначное решение: машинистом может стать каждый.

Девушек стали гораздо охотнее пускать за приборную панель поезда, гоняющего по тоннелям под городом, где нет ни машин, ни светофоров. Объявления о поиске новых машинистов стали появляться даже в глянцевых журналах.

Да и метро Глазго неожиданно расширилось – сквозь его рыжее колечко теперь проходит двухконечная стрела.

Вот только Ваниль это уже не интересует. Она ни в Лондоне, ни в Глазго, да и не хотелось ей туда возвращаться.