Чудовище. Твари третьего круга

До воды тушка не долетела — беззвучная черная тень проткнула бликующую гладь и добыча Эррана исчезла в пасти, похожей на вывернутый наизнанку кактус. Ланка испуганно вскрикнула, ученый же ничего не заметил, поглощенный рассуждениями:

— Да-да! Подумай сам, Грай, если бы не… Ну хотя бы возьмем вот эти самые крючки! Какие из известных тебе растений там, — он неопределенно махнул рукой куда-то. Видимо, туда, где по представлению Эрран находился материк. — Какие из растений могли похвастаться загнутыми шипами, прочностью не уступающими стали? А?

— Очень надо, — проворчал Грай.

— Спасибо Вечному отцу, что в нормальном мире не растет эта дрянь. Если ты забыл — хотя откуда тебе помнить, ведь это мы с Даром полдня гонялись за проклятым ежом — так вот, эта полезнейшая штуковина не только обладает удобными иглами, но и прекрасно умеет пускать их в ход! А в каждом крючке — тот самый яд, которым мы потом так славно вытравили синих муравьев вокруг лагеря. Повезло… Хм…

— И все-таки, я настаиваю, что здешняя природа, несмотря на всю свою опасность для человека — тут ты, безусловно прав — представляет собой неиссякаемый источник…

            Взволнованная речь Эррана привычно текла мимо Грая — слушать этого одержимого, так и свихнуться недолго! Спа-а-ать… Грай зевнул, хрустнув челюстями, поскреб щетинистый подбородок — в чем-то, пожалуй, Эр прав, вот бриться обоюдоострыми листьями мертвой травы, например, вполне удобно — и прикрыл глаза…

— Грай, проснись! Эй, просыпайся же!

            Из сладкого сна, в котором их судно достигло берега и жители рыбацкой деревеньки радушно предлагали несчастным путникам свое гостеприимство, Грая выдернул обеспокоенный голос Ланки.

— Что? — он резко сел и схватился за борт, который почему-то оказался неприятно мокрым и скользким. — Что случилось?

            Грай перевел взгляд с Ланки на скорчившегося в корме Эррана, потом осмотрелся… Море было спокойным, гладкая, как исполинское серое зеркало, вода знакомо простиралась во все стороны.

Грай поежился и нашарил куртку — штиль, пора браться за весла… Стоп!

— Уже вечер? — голос со сна хрипел и прерывался.

— Нет, — тихо ответила Ланка.

— Сколько я спал?

— Недолго, — пожала плечами Ланка. — Час, два…

— Тогда почему?..

            Он не договорил. Поспешно продел руки в рукава — холодало все сильнее — и принялся с беспокойством озираться.