Музыка, плывущая над водой

Эти, в белых рубашках, не давали нам на станциях выходить. Всё говорили, что мы своим видом душевное спокойствие пассажиров нарушаем. Почти до драки дошло. Хотя, случись такое – меня с парнями за решётку бросили бы. Разбираться что к чему не стали бы. Хорошо, что кто-то из проводников вмешался.

Уж конечно, не по доброте душевной. Негр утвердительно кивнул на моё хмыканье, продолжил.

- Помню, как смотрел на вашу станцию из окна. Подумал тогда – здорово, у них тут река есть, может и причал найдется.

Я вовсе и не думал сходить. Потом поезд тронулся, а я смотрел на реку.

Лицо Мозеса выражало усиленную работу мысли. Он даже губы пару раз облизал. Мне всё больше и больше становилась понятна ситуация. Как и реакция местных.

- Наверняка, я все же не удержался, - Мозес простодушно улыбнулся, сверкнув белыми зубами. – Спрыгнул с поезда, пока тот не набрал скорость. Станция у вас, к слову, красивая, хоть и маленькая. Как я бродил по городу и пришел сюда, вы уже слышали.

Камешек, плоский голыш, подобранный у самой воды, запрыгал по поверхности реки. Три, пять, семь. Вот, могу. Не всегда, но получается. Когда хуже, когда лучше. От настроения многое зависит. Попробовать ещё, что ли? Нет, в другой раз. Сейчас есть над чем подумать.

Можно уйти. Парень явно устал – играть снова вряд ли станет. Пускай его. Проведет ночь здесь. Найдет себе подходящую лавочку, сунет под мышку свою трубу, чего-то похожего на дорожную сумку я не увидел, да и проспит до утра.

Его не потревожат. Из местных любителей погулять, к реке я один выбираюсь.

Утром пусть попробует сесть на поезд. Может, собственно говоря, и ногами воспользоваться. Это в том случае, если мост перейдет. А не перейдет – так завтра вечером свидимся. На вот этом же самом месте. Элайджа ныть станет. Старикан из первых клановцев. Для него Мозес, что осиновый кол в заднице вампира. Одно это стоит того, чтобы сейчас сделать негру ручкой.

Можно и по-другому поступить.

Один пастор говорил, что все люди братья друг другу. Правда, он всегда добавлял – некоторые братья старшие, а другие, младшие, должны во всём старших слушаться. Кто старший, а кто младший – догадайтесь сами.

Если вы вдруг подумали обо мне, или подумаете потом, как о добром самаритянине – перекреститесь, лучше всего пару раз, для верности. Может оказаться и так - вы бы осудили меня за то, что я собирался сделать.