Институт. Часть 1. Правила выживания для одиночек

Тебе, может, тут про меня скажут, что я мрачный ублюдок, ругаюсь матом и никого не люблю, кроме своей крысы. Так вот, это сущая правда.

— Очень... приятно. Я Эва.

Вэслек пожал плечами.

— Давай шевелись, меня послали показать тебе, где будешь жить. Будто больше некого было...

Свисть перебралась хозяину на плечо, и Вэслек широко зашагал к жилому корпусу и через открытые двери. Эва поспешила за ним. И опять ребята с фрисби проводили их глазами.

Коридор заставлял Эву робеть. Потолки такие высокие, на стенах ореховые панели, лаковый паркет, поверх жёсткие ковры.

Много дверей, все одинаковые, с табличками. Слева на стене висело большое расписание занятий, но они прошли мимо — на второй этаж и в самый конец коридора, к большущему с частым переплётом окну. Вэслек открыл предпоследнюю дверь по правую руку и пропустил Эву вперёд.

В комнате было очень чисто. Окно светлое, на полу овечий коврик, мягкий даже на вид, и старинная, тяжёлая мебель, как в антикварной лавке. Кровать, стол, два стула, бельевой шкаф и узенький книжный, комод и лампа с абажуром.

Вроде и симпатично, но неуютно. У комнаты совсем нет лица.

— Ну вот, — протянул Вэслек скучным голосом, — всё твоё. Там за углом ванная. Тут пустовато пока, ну, ты это скоро исправишь. С той стороны, — он показал вправо, — живёт Ярви, а с той — Лу. Моя комната прямо над твоей, если что. Табличку с твоим именем привесим на днях, только бы старина Ларк не забыл.

Эва, которой очень не хотелось оставаться одной, быстро спросила:

— А кто это?

— Смотритель.

И дворник, и садовник, и всё, что хочешь. Поворчать любит, но руки у него растут откуда надо. Это его тут бешеная псина бегает. Ладно... ты пока осматривайся тут. Я не больно-то учёный возиться с малявками.

Вэслек ушёл, а Эва осталась стоять посередине комнаты, в которой у неё не было ничего своего. Старая история.

Она потерянно обошла свои владения, заглянула в шкаф (пусто, конечно), потом села на кровать и стала слушать весёлые голоса за окном.

Потом голоса переместились с лужайки внутрь — может, в гостиную на первом этаже?

Вдруг дверь открылась нараспашку. Эва вскочила и оказалась лицом к лицу с той самой оранжевоволосой девчонкой. На шее собачий ошейник, фиолетовые джинсы все в разрезах, две яркие растянутые майки надеты одна на другую, на плече татуировка — глумливо скалящийся языкастый череп.

— Добро пожаловать в Институт! — торжественно объявила она.