Свалка времени. Часть 2. Бродяга

Когда Максим перешел границу между светом и тенью, ему показалось, что наступила ночь. Понемногу глаза привыкли к полумраку, и он увидел, что шоссе теперь идет не по усыпанному маками полю, а прямой линией пронзает вековой лес.

Дорога казалась бесконечной. Через полтора часа ускоренного марша в плотной стене деревьев не появилось ни единого просвета, даже самого маленького. Первым сдался, как ни странно, Церпицкий:

- Надо сделать привал. У меня ноги как чужие.

- Зато я готов пройти и тундру, и тайгу.

Майор, а ведь вы выглядите самым сильным и выносливым из нас.

- Вот что делает год кабинетной работы… в основном. Не забывайте: я еще и самый старший из вас.

Максим прищурился, разглядывая что-то на горизонте, потом достал бинокль и разглядел в странном предмете танк. Неуклюжий и высокий, всеми покинутый и несчастный, он, казалось, дремал у края дороги, съехав одной гусеницей в канаву. А поперек шоссе на боку валялся старинный двухосный грузовик – знаменитая «полуторка». Вокруг нее были разбросаны самые обыкновенные металлические бочки.

Пустые или нет – покажет время.

- Придется потерпеть, майор. Вот доберемся до танка, там и устроим привал.

- До какого еще танка? – вскинулся Фирсов.

- До советского. Т-26 образца тридцать девятого года. Со сварным корпусом и наклонными бронелистами. Добро пожаловать на войну.

Майор безнадежно махнул рукой – поступай, мол, как знаешь. Максим потопал дальше, изредка поглядывая по сторонам. Мало ли кто затаился в чащобе?

Идти пришлось дольше, чем рассчитывал Максим.

Только через час он смог наконец положить руку на теплую броню, от которой исходил запах свежей краски. Видимо, машина была совершенно новая. Прямо с завода ее отправили в часть, а позже, в суматохе отступления, бросили на произвол судьбы. Что ж, раз сейчас сорок первый год – пусть будет сорок первый. Он ничем не хуже других.

- Ну, вот и наш транспорт, - радостно воскликнул Максим. – Не зря Филипп к нам прилип. Экипаж как раз три человека!

- Тридцать километров в час, - с презрением сказал Фирсов, ткнув пальцем в маленькие катки, рессоры и похожие на коромысла балансиры подвески.

- Если ты считаешь, что пешком сможешь идти быстрее – вперед. Не смею задерживать, боярин, - Максим забрался на башню, открыл командирский люк и начал считать снаряды.

Церпицкий сел на место водителя, щелкнул главным выключателем и разочарованно выдал:

- Поездка отменяется. Горючего нет. Бензомер на нуле.