Свалка времени. Часть 2. Бродяга

Максим бросил свое увлекательное занятие, спрыгнул на асфальт, побежал к ближайшей бочке и отвинтил пробку. Ароматно запахло бензином. Но бочка оказалась пустой – топливо плескалось лишь на донышке. И вторая – пустая. И третья. Лишь в четвертой бочке был бензин – примерно половина. И еще четверть в пятой. В выпавшем из кузова «полуторки» ящике нашелся шланг.

- Какой кайф, - Максим закатил глаза и изобразил на лице блаженную улыбку. – От этого бензина штырит не по-детски. А если серьезно, то давайте перельем из бочек топливо в бензобаки – глядишь, километров на двести горючки наберется.

Катите бочки к танку и ставьте на броню!

- А ты? – злобно сверкнул глазами Фирсов. Очевидно, своим ерничаньем Максим умудрился его достать. Впрочем, бывший капитан ФСБ тут же взял себя в руки.

- А я займусь тем, на что вряд ли кто из вас способен, - Максим сделал вид, будто курит кальян, - стану пить бензин, как главный токсикоман.

Бочку водрузили на танк. Максим через шланг втянул в рот горький и жгучий бензин и тут же сунул конец шланга в горловину бензобака.

- Мерзость какая, - Максим, сплюнул на асфальт и не без издевки произнес: – И как люди это пьют?

Бочка быстро опустела. Максим повторил неприятную процедуру. Так он за полчаса перелил все – и даже остатки. Майор подал ему бутылку минералки:

- Прополощи рот. Интересно, почему это не сделали… настоящие хозяева танка?

- Гррррр… Времени не было возиться, наверное, - Максим показал на выдавленные на асфальте следы гусениц. – Два танка из взвода заправили, а третий не успели.

Или не захотели сливать бензин из разных бочек. Короче, поехали. Я поведу? У меня теперь есть корочки тракториста.

- Нет, я. И это не предположение, а приказ. Я знаю твои способности. Ты важнее как наводчик. Так что дуй в башню и следи за местностью. У меня обзор даже через открытый люк не фонтан.

Максим ужом проскользнул на место башенного стрелка. Фирсов, чертыхаясь, протиснулся в командирский люк.

- Готовы! – крикнул Максим.

Мотор затарахтел и зафыркал.

Из выхлопной трубы вырвался черный дым. Он тут же посветлел и стал прозрачным. Т-26 лязгнул гусеницами, сдвинулся с места и плавно двинулся вперед.

- Теснота жуткая, - безразлично произнес Фирсов, надевая шлемофон. – Как здесь вообще можно было воевать?

- Наоборот, в этом танке просторно. Чувствуется принадлежность машины к гордым британцам. Ты бы в тридцатьчетверку влез, я бы на тебя посмотрел. Я со своим ростом там не помещаюсь. Голова в потолок упирается.