Металлический колокольчик

Я искренне думаю, не о грозе, но о шторме внутри себя. А она сначала оценивает, после чего решает. И, кажется, я ей нравлюсь. Но лишь она решает — хочется ей пролить дождь и послушать меня или нет. Я лишь сгущаю тучи.

— Тогда твой аромат — это всё те же тропы. Но ведут они не к людям, а к чему угодно, что может услышать.

— Именно так. Дело в методе, а не цели, понимаешь? Природа грозы — я прекрасно знаю, где она находится. Но и природа человека — я представляю её вот здесь, между большим и указательным пальцем.

Уже потом узнаю, представляю лицо и иду за ним. Но нитку можно держать только этими двумя пальцами, никак иначе. А ветер, например, получается при соприкосновении двух мизинцев. В общем, вариаций много: я могу попробовать найти воду под землёй, а могу — человека. И уже мой выбор — передавать что-то через нити или, наоборот, просить.

Они слушали друг друга, всё остальное получалось само. Когда пришла пора отдохнуть, на глаза попалась кондитерская. Непринуждённая и тихая атмосфера, ничего необычного.

Но стоило только начать собираться, как сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

— Риннэст[1], простите, риннэст, — обратилась Венди к хозяину заведения и наклонилась вперёд, чтобы разговор не слышали остальные. — Вы первый, у кого в заведении играет эта волна. Она просто попалась вам под руку?

— Вот уж. Это Некий Мистер Бестелесность. Слышали о нём что-то?

— Шутите? Я… Я даже не знаю, что вам сказать! Ещё как слышали. Но о нём катастрофически мало информации, с кем ни говори.

Вы тоже замечали, что каждый воспринимает его музыку по-разному?

— Да-а-а! — мужчина был в восторге, будто член небольшого клуба по интересам. — Вы записывали его музыку на фонограф? Пробовали?

— Нет. А вы записывали?

— Не раз, — тот закивал. — И каждый раз ничего не слышно.

— То есть как?

— Не читает. Шум, а музыки нет. Пять раз пробовал.

— Такое может быть?

— Я понимаю, почему вы мне не верите. И понимаю, почему другие не верят, когда о нём заходит речь.

Но мне кажется, что это не в фактах проблема, это всем нам не хватает зацепок, чтобы всё стало ясно. Каждый что-то там знает, что-то там гадает, а нужна целая картина, понимаете?

Венди приоткрыла рот — видимо, не знала, что сказать. Вопрос задала подруга.

— Подскажите, он играет в прямом эфире? Или это записи?

— Ну, если его нельзя записать, то как думаете?

— Тут сложно думать в одну лишь сторону, вы же понимаете.