Металлический колокольчик

Зачем придумывать невесть что, если всё работает?

— Тут дурно пахнет, дьявол. Но вообще ты права, так быстрее. Вжик, — Венди провела пальцами возле губ так, будто закрыла воображаемую молнию.

Когда свалка кончилась, алефарз принял привычную форму плаща. Моника немного отдохнула и восстановила силы, которые забрал аромат. В таких случаях Венди всегда начинала переживать за подругу, но хватало одного «я в порядке», чтобы волнения развеялись. У неё это хорошо получалось, с какой-то ноткой мощи в каждой букве. Этого «я в порядке» хватало надолго.

Венди взяла большой чемодан на колёсиках, с которым они прибыли, и покатила за собой. Место было совершенно безлюдным и оттого нагоняло то ли страх, то ли тоску. Одно радовало — чем дальше от ямы, тем меньше слышалась странная вонь.

В голове начинали роиться переживания. Что, если они не найдут этого человека? У неё же ни фотографии, ни фамилии — ничего, чтобы найти. Вот вдруг всё оказалось байкой, которую придумал какой-то пьянчуга? Тогда чтоб он чесался всю ночь, чтоб язык себе прикусил.

Моника воспринимала ситуацию совершенно иначе. Она шла медленно, прислушивалась и осматривалась. Точно найдут, в крайнем случае можно будет крикнуть — может, кто и отзовётся. Не найдут, значит набредут на другого человека. Они зашли так далеко в городе, где люди боятся сдвинуться с места. Эта мысль вызывала лёгкий кураж.

В конце концов, блуждания не были напрасны. У мусорного контейнера, что был выше человеческого роста, копошился мужчина с очень густой бородой и панамой на голове.

Самодельная лестница дрожала со стороны в сторону, а сам незнакомец напоминал акробата-новичка на ходулях, что старался удержать равновесие. Он пытался подняться маленькими аккуратными шажками.

Когда лестницу придержали, тряска сразу утихла.

— Аккуратнее, а то упадёте и поранитесь.

— Ай, да ну, — он взобрался на самый верх и включил фонарик.

— Одноэтажного, я надеюсь?

— Да это был сарай, высотой как три меня.

— Хорошо, что не выше.

— Но, — мужчина кряхтел, пытаясь раздвинуть кульки в стороны. — Я упал мордой, а это было больно. Кровищи было…

— Кошмар, — выдохнула Моника. — Сочувствую.

— Да было и было. Не было бы и не было бы.

— А вы... Ду́зовик, да?

— Ду́зовик.

— Нам рассказали, что вы живёте здесь один.

— С дядей, — поправила Венди.