Металлический колокольчик

Такие только научились держать оружие в руках, а уже важничают и выдают из себя вершину темной стороны. Чушь, просто чушь.

Венди уселась на рельс. Отпила какао, и по телу пробежало какое-то извращённое удовольствие. Она любила вкус дешевизны. Даже если был выбор, она предпочитала то, что похуже — так почему-то казалось правильнее. Так, чай, который она пила, был явно покрыт каким-то налётом, от которого зубы будто скрипели. В нечастые случаи, когда она пила алкогольное, выбирала попроще. Так, чтобы любой другой бы отпрянул и сказал: «Ну какой это алкоголь? Это мерзкое пойло даже пить невозможно».

Даже этот сырный какао — в нём ни запаха натурального сыра, ни настоящего какао — ничего. Просто жёлтый и коричневый порошки залиты проточной водой, только и всего.

— Ричард, а ну, слушай. — Она легла на спину и подняла куклу перед собой. — Тебе тоже легче дышится на свежем воздухе? Я читала, что все люди делятся на несколько типов по темпераменту. Как там?.. Первопроходцы, сновидцы, ураганы, колыбели и… эм… Ещё какой-то.

Но это не важно. Мы с тобой сновидцы, Ричард. Эти люди могут воспринимать и впитывать мир даже с закрытыми глазами. Настоящие они раскрываются тогда, когда все остальные спят. И сами решают — пойдут они сегодня в другой сон или пригласят в свой. Ну, или решат побыть наедине, сам понимаешь. Точно про меня. А раз я тебя создала, то ты тоже что-то видишь во снах. Наверно.

Девушка положила куклу на живот. Одной рукой она прикрыла глаза, а второй обняла друга.

— На рельсе спать — это жуть, конечно. Но сейчас мы такие сони, что всё возможно, да? Тут хоть пахнет нормально.

Она замолчала. Её окутал стыд, который бы не понял никто другой. А ей было грустно, по-настоящему и искренне грустно от того, что приходится обманывать того, кто дорог. Пусть всё это и странно.

— Извини. Я всё никак не могу связать тебе друга. Всё время выходят какие-то задрыпанки. Мне кажется, что я разучилась вязать красивых и нормальных кукол. Как ты. Мне просто не хочется.

И не получается, хоть я и обещала. Прости.

Она шмыгнула носом и постаралась успокоиться. Негоже плакать из-за такого, хоть и пустяком это ну никак не назовёшь.

— Всем нужны друзья, Ричард. Все здесь засыпают с мечтой о друге, а просыпаются с врагом у порога. Но тебя никто не обидит. Даже у самого страшного кошмара нет шансов против тебя. Потому что в каждую твою ниточку мы с мамой заложили очень много любви. Благоночья, мой маленький сновидец.