Институт. Часть 3. Ночи Охоты на Призраков

— А как она могла вас предупредить? Связи же нет… а она под домашним арестом. Вот она и попросила меня.

— И ты согласилась?

— Ну… как видите.

Человек в темноте помолчал немного, будто раздумывал над следующим вопросом. Эве страшно хотелось поторопить его: боль в спине усилилась настолько, что перевесила все остальные чувства.

— Что она тебе рассказала? — спросил он наконец.

— Что вы — меченые и прячетесь, и что Проф… что её попросили передавать вам еду и документы…

— И ты согласилась помогать меченым?

Эве послышалась насмешка, и она ответила с вызовом:

— Что такого? У меня друзья меченые!

— А что насчёт патрулей? Они повсюду.

Что бы ты сказала им, если бы попалась?

Это был очень, очень хороший вопрос, которым следовало задаться заранее. Больше того, Эва прекрасно понимала, что не задуматься об этом вообще было очень по-детски.

— Я… я… не знаю, кто может заранее знать?

Она услышала шуршание одежды, и голос, по-прежнему негромкий, стал ближе, будто человек наклонился к ней.

— Если бы оказалось, что мы Каратели и мы тебя поймали? Если бы мы стали ломать тебе пальцы, один за другим, если бы мы стали прижигать тебе рёбра и отрезать уши, что бы ты рассказала?

Эва сидела, вся взмокшая, испуганная и несчастная, и смелости в себе уже сейчас не чувствовала ни на йоту.

Она знала, что если этот человек будет просто перечислять дальше все эти гнусные вещи, она разрыдается, как Люси.

— Всё рассказала бы, всё, что знаю!

Человек в темноте хмыкнул.

— Ну, по крайней мере силы свои ты оцениваешь адекватно.

А теперь… осталось только убедиться, что ты не лжёшь. Есть идеи?

— Не знаю, — проскулила она, пытаясь принять удобное положение (тщетно). — Спросите меня о чём-нибудь, чего Каратели не знают!

— Да уж. Непростая задача, правда?

Он опять задумался, а потом вдруг спросил:

— Куда бы ты отправилась гулять на исходе апреля?

Эва моргнула, озадаченная, но тут же вспомнила: Вэслек, повстанцы, дом с именами на стенах.

— В восемь миров.

— И какой был бы первым?

— Город Гедеон.

— Почему он?

— Потому что они поднялись первыми.

— «Лежит в развалинах Запад»…

— «Восток заревом занят».

Она с бешено бьющимся сердцем ожидала следующего вопроса, но вместо этого человек напротив удовлетворённо сказал:

— Можешь включать свет, Рыжехвост. Она говорит правду.

Свет вспыхнул, и Эва от испуга так дёрнулась назад, что знатно приложилась затылком о высокую спинку. Аж зубы щёлкнули, иначе она точно заорала бы. Прямо перед собой она увидела лицо.