Враг всего сущего

– Слышно двоих, – произнес Лигрель. – Но в  глубине комнаты еще есть кто-то. Он явно занимается с оружием – крутит мечом  мельницу.

Как друг умудрился расслышать с такого расстояния звук не  сильнее комариного писка – загадка!

– Как будем брать? – задал я главный вопрос.

– Лучше поодиночке, – прошептал Лигрель. – Если  это действительно хиджи, с ними придется повозиться. Пятеро на двоих –  чересчур.

– Шестеро, – поправил его я. – Не забывай о  Герхарде.

Он бывший офицер и умеет держать оружие в руках.

– Бери его на себя. Я займусь сородичами. Пока жив хотя бы  один хиджи, моему Дереву покоя не будет.

– Не будем ломиться напропалую, – предложил я. –  Есть идея.

– Какая? – живо откликнулся Лигрель.

Минуты две ушло на обсуждение плана, пока не утрясли все детали.  Он был одновременно и дерзок, и прост.

Я, изображая пьяного, на гнущихся ногах подошел к входной двери,  громко постучал и заплетающимся языком произнес:

– Эй, Хильда, открывай! Это я, Гарри.

Тишину, установившуюся в доме, можно было резать ножом. Наконец  кто-то негромко сказал:

– Кого там нелегкая принесла? Альри, сходи проверь.

Если Альри – тот самый высокий эльф, что убил Никавери, я  пропал. Осталось надеяться на удачу, и она не подвела. Дверь потихоньку  отворилась, высунулось угрожающее лезвие короткого эльфийского меча.

– Тебе чего надо? – спросил эльф.

Он говорил с легким присвистыванием, характерным для человека, у  которого не хватает нескольких зубов.

– А тебе чего? – сделав недоуменное лицо, произнес  я. – Тут подруга моя живет, Хильда. Я к ней пришел.

Эльф что-то крикнул своим, в ответ послышались смешки. Его  товарищи явно подтрунивали над недалеким человеком, перепутавшим дом. Напряжение  спало, на что мы, собственно, и рассчитывали. Какими бы мастерами ни были хиджи,  им сложно постоянно держаться начеку.

Так, во всяком случае, говорил Лигрель.  Поскольку опасность оказалась мнимой, эльфы позволили себе расслабиться. Альри  засунул меч в ножны и не без ехидства заявил:

– Нет здесь твоей Хильды. Проваливай, пока цел.

– Хорошо, хорошо, – поспешно заверил я, и вдруг,  распрямившись, как заведенная пружина, нанес один-единственный удар кинжалом по  горлу.